Как в Харькове работает центр помощи пострадавшим от насилия

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Адрес Центра помощи женщинам, пострадавшим от насилия, строго засекречен, поэтому встречаемся у одной из станций харьковского метро. Добравшись до «конспиративной квартиры», стучим. Открывают сотрудники центра. Те, кто проходит здесь реабилитацию, не должны сами подходить к двери.

— Были случаи, когда мужья следили за жёнами и находили нас. Слава Богу, всё обходилось. Женщины никогда здесь не остаются одни — днём есть или социальный работник, или психолог, или юрист, а вечером и ночью — администратор. Надевайте наши гостевые тапочки и проходите, — приглашает Ирина Краснолобова, руководитель центра.

В тему: В Киеве совершили первое нападение на новый полицейский патруль

«Точка невозврата»

В комнате много цветов, пахнет супом. Трое малышей сидят на уютной кухне за столом и рисуют. Их мамы — Наташа и Ольга* — пьют чай.

— Мы прожили с мужем восемь лет. У нас двое маленьких детей, — рассказывает Ольга, еле сдерживая слёзы. — Месяца три назад супруг стал очень верующим, начал писать письма на старорусском языке, называл себя батюшкой, устраивал проповеди, заставлял нас молиться. Если не соглашалась, мог ударить. Хватал нож и говорил о том, что принесёт нас в жертву во имя Иисуса Христа.

Поначалу она пыталась уговорить мужа обратиться за помощью к специалистам. Тщетно. Когда во время очередного скандала вызывала скорую или полицию, те, кто приезжал на вызов, только разводили руками — чтобы отправить человека на лечение, нужно его согласие. Тогда Ольга сняла квартиру и переехала с детьми туда. Через время муж их выследил. Что делать дальше, женщина не знала.

— Я понимала, что всё это может плохо закончиться. И он, и его семья скрыли от меня, что у него диагноз «шизофрения». Раньше я даже не догадывалась о болезни мужа и никаких проявлений, странностей в его поведении не было, — говорит Ольга. — Нашла в интернете горячую линию городского центра «Доверие» и позвонила. Так мы оказались в центре. Сейчас общаемся с психологом, социальным работником. Всё будет хорошо, главное — руки не опускать. Дети пойдут в сад, я — на работу.

С гражданским мужем 23-летняя Наташа прожила чуть больше двух лет. Пару месяцев назад она проснулась утром от боли. Вместо того, чтобы вызвать скорую, супруг сказал: «Болей тише, я хочу спать». «В тот момент я поняла, что если меня не станет, наша полуторогодовалая дочь останется сиротой. Он не только избивал меня, но и бросался с ножом», — вспоминает женщина.

Жизнь Наташи — родом она из Казахстана — похожа на сценарий лихо закрученной мелодрамы. В 11 лет осталась сиротой и попала в интернат. Когда окончила школу, родственники пригласили её погостить в Украину. Девушка с радостью согласилась и приехала.

— Меня заперли в доме под Харьковом и никуда не выпускали. Я должна была ухаживать за животными и работать в огороде. Через время мне удалось сбежать. Устроилась на работу, познакомилась с будущим гражданским мужем. Он работал водителем автобуса, — рассказывает женщина. — Поначалу был очень добрый, внимательный, ужин готовил к моему возвращению.

— О том, что муж — наркоман, я узнала не сразу. Потом верила, что можно его изменить. Когда забеременела и родила, сказал, что теперь я ему не нужна, и как дочка подрастёт, он меня убьёт. Муж знал, что я приехала из Казахстана и здесь меня защитить некому. Мог толкнуть, укусить, ударить. Извинений никогда не просил. Соседи слышали, что у нас происходит, но ни разу не вступились и не вызвали полицию. Потом говорили: «Вы завтра помиритесь, а мы будем виноваты», — вспоминает Наташа.

Муж в очередной раз схватился за нож — и девушка вызвала полицию. Вместе с патрульными приехала группа захвата. Они скрутили дебошира и увезли, но уже через пару часов супруг снова был дома. Тогда Наташа задумала бежать.

— Этот момент стал для меня точкой невозврата. Подруга рассказала, что есть мобильные бригады, которые помогают жертвам насилия, я набрала номер и говорю: «Определите сегодня же куда хотите, мне некуда идти с ребёнком». Меня успокоили и помогли попасть в этот центр, — улыбается Наталья, прижимая к себе дочку. — Вы представляете, сколько женщин страдают дома и всё молча терпят, только из-за того, что им некуда деваться? Поверьте, ни одна женщина не выберет себе такой адской жизни.

Приют

В Центре предоставления помощи женщинам, пострадавшим от насилия в семье, всего 10 мест. Он работает в Харькове чуть больше года. Здесь обустроены четыре спальни. Есть душевая, стиральная машина и кухня со всей необходимой утварью.

— Когда открылись в декабре 2016 года, это был один из первых приютов в Украине для женщин, пострадавших от насилия. Нас тогда поддержали общественные и международные организации(Фонд Народонаселения ООН в Украине, Немецкое общество по международному сотрудничеству (GIZ), благотворительный фонд «Украинская фундация общественного здоровья» — ред.). Клиентами нашего центра за это время стали около 60 женщин, больше 200 получили услуги удалённо. Чуть больше месяца назад наш центр приняли в коммунальную собственность. Теперь мы финансируемся из бюджета города, — рассказывает Ирина Краснолобова.

Адрес или телефон центра в интернете не найти. Как попасть в приют, могут подсказать в социальных службах города и общественных организациях, которые занимаются проблемой насилия в семье. В экстренном случае женщин из дома забирают специальные мобильные бригады. Для поселения нужно собрать минимальный пакет документов, в том числе и выписку от врача.

В тему: Каждые 40 минут в российских семьях убивают женщину. В Украине - одну и реже, чем в сутки

— Не можем принять женщин, у которых есть психические заболевания, социально опасные болезни — туберкулёз, венерические диагнозы. Преградой для нахождения в нашем приюте также могут стать употребление наркотиков и алкоголя, — перечисляет руководитель центра. — Мы не можем принимать тех, кто решил напугать мужа и на время спрятаться у нас. Кроме того, адрес центра скрыт и не подлежит разглашению. Это сделано, прежде всего, для безопасности женщин, которые здесь находятся. Это европейская практика.

Услуги в центре оказывают социальный работник, психолог и юрист. При необходимости обращаются к специалистам из других структур — центра социальных служб, фонда занятости. Жертвам насилия помогают восстановить документы, найти жильё и работу. Все подопечные проходят реабилитацию.

— Мы стараемся дать такую информацию, чтобы на выходе женщина больше не повторила ситуацию насилия по отношению к себе. А это в том числе зависит и от её поведения, манеры бесконфликтно выходить из разговора, умения строить диалог с мужчиной, — объясняют в центре. — Психолог работает по специальной коррекционной программе, разработанной совместно с Министерством социальной политики. Это 10-15 занятий, во время которых женщина разбирается, что она делала правильно, а что — нет, как пережить травму, выработать механизм защиты на будущее.

Вместе со специалистами женщины разрабатывают индивидуальный план безопасности — обсуждают, где лучше хранить документы, какие вещи взять с собой, куда бежать, кому звонить, какое кодовое слово сказать детям, чтобы все быстро собрались и вышли, если назревает конфликт.

— 30% женщин, которые прошли у нас коррекционную программу, потом возвращаются к мужьям или поддерживают с ними отношения. Хорошо это или плохо, нельзя сказать однозначно. Случаев, чтобы к нам возвращались повторно, не было, — говорит социальный работник Марина Светлова. — Одновременно, когда мы работаем с ней здесь, может меняться и муж. Есть, к примеру, коррекционная программа для агрессоров. Здесь главное, чтобы у мужчины тоже было желание что-то изменить. Подобные программы проводят общественные организации по направлению полиции. Детальную информацию можно узнать в центрах социальных служб для семьи, детей и молодёжи.

Женщины могут находиться в центре до полугода. В среднем, для того, чтобы восстановиться, у большинства уходит два-три месяца. Работающие женщины общаются со специалистами на выходных, поэтому программа коррекции может занять у них чуть больше времени, чем у тех, кто находится в отпуске по уходу за ребёнком.

Информация о том, что насилие происходит чаще в неблагополучных семьях — не более чем миф, рассказывают в центре. Женщины становятся жертвами агрессоров и в обеспеченных семьях.

— У нас был случай, когда в достаточно обеспеченной семье дочка долго страдала от отца-агрессора. На то, чтобы она решилась уйти, ушло пять лет. Отец после смерти матери не только её систематически избивал, но и закрывал в комнате без еды и воды, чтобы она работала за компьютером. Брат, которому тоже доставалось, говорил: «Ты главное потерпи». Девушке удалось сбежать. Реабилитация заняла около 1,5 месяца. Сейчас она живёт отдельно и общается с отцом по вопросам бизнеса на её условиях, — рассказывает социальный работник.

Проблема насилия была всегда, подчёркивают в центре, но сейчас об этом стали чаще говорить. Ежегодно в Украине регистрируют около 100 тысяч случаев семейного насилия. Специалисты отмечают: официальные данные — это только верхушка айсберга, статистика не показывает и десятой толики всех случаев.

— Если анализировать прошлый год, то около 40% обратившихся к нам — это были женщины, переехавшие с семьёй из зоны вооружённого конфликта. Также среди наших клиенток немало тех, чьи мужья вернулись домой после демобилизации, — рассказывает Ирина Краснолобова. — Женщина иногда может непроизвольно стать жертвой агрессии, если её муж вернулся с войны. Чашку громко поставила или хлопнула дверью, подошла к нему сзади. Супруги не понимают друг друга и не знают, как общаться. В итоге возникают конфликты.

В тему: Россияне декриминализацию побоев поняли как отмену запрета

В приюте живёт переселенка, которая вместе с мужем покинула Донбасс и переехала в Харьков. Из-за стрессов, неустроенности быта, проблем с работой, муж начал пить, а затем поднимать руку. Чтобы жена никуда не сбежала, прятал документы и закрывал в квартире. Она смогла выбраться на свободу. Всё, что женщине удалось взять с собой — копии документов и лёгкую куртку.

— Одевали её здесь из запасов гуманитарки, которая у нас есть. Сейчас помогаем восстановить документы, — говорят в центре. — Девочки очень друг друга поддерживают и помогают. Когда к нам привезли 70-летнюю переселенку, они её накормили горячим супом, а сейчас, пока она находится в больнице после операции, звонят, узнают, как здоровье. Пенсионерка пострадала во время обстрела и выехала из Луганска. Здесь её приютили дальние родственники. Узнав, что у бабушки есть деньги на операцию, которые ей выслала дочь из-за границы, решили их отобрать. Женщину привезли к нам со следами побоев.

Истории успеха

Время от времени в приюте собираются группы поддержки. Бывшие участницы проекта делятся историями успеха. «Переселенка после развода с мужем-агрессором мечтала купить жильё. Чтобы добиться своей цели, она устроилась работать учителем музыки, экономила, как могла, и вскоре ей удалось скопить какую-то сумму, часть денег она заняла у друзей и купила домик в пригороде. Теперь привозит нам летом огурцы и помидоры со своего огорода, — рассказывает Ирина. — Такие истории поддерживают и мотивируют других участниц. Кроме того, мы вместе играем в настольные игры, смотрим фильмы, обсуждаем их».

— А помните Елену, которая после переезда из зоны АТО и развода с мужем долго не могла восстановиться? К нам она попала с гиперактивным сыном-подростком, с которым никак не могла справиться. Психолог подсказала, что ребёнка надо занять. Мальчика удалось устроить в спортивный интернат, где он начал заниматься плаваньем и меньше чем за полгода добился хороших успехов и получил первые награды, — вспоминает Марина. — В это время мама устроилась на работу. Получив первую зарплату, смогла расправить плечи. Экономическая зависимость — очень сильный фактор влияния в руках агрессора. Когда ребёнок начал активно заниматься спортом, стал намного спокойнее. На выходные она забирала сына, и они прекрасно проводили время вместе.

У Наташи, которая держит на руках дочку, тоже есть мечта — она хочет побыстрее забыть обо всех ужасах, которые ей пришлось пережить, и вернуться на родину: «Когда слушаешь истории других девочек, думаешь, что у тебя ещё и не всё так плохо. Уверена, это временно и всё наладится».

Куда за помощью могут обратиться жертвы насилия:

— горячая линия городского центра социальных служб для семьи, детей и молодежи «Доверие»: 0-800-500-335 или 386 (с мобильного бесплатно);

— мобильная бригада в Харькове №1: (093) 795-34-53, (099) 366-63-45;

— мобильная бригада в Харькове №2: (093) 795-31-06, (099) 366-63-58;

— мобильная бригада в Лозовой и Лозовском районе: (093) 795-29-94, (099) 366-63-75;

— мобильная бригада в Изюме и Изюмском районе: (063) 335-82-75, (099) 366-63-15.

Надежда Шостак, фото: Марина Светлова; опубликовано в издании Mediaport.ua


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Система Orphus

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com