Почему умирают главные боевики Донбасса

1.00

Нет

Три года назад российское телевидение запустило самый масштабный проект по мобилизации общества.

Эта волна была де-юре неофициальной, но де-факто – санкционировалась государством: чиновники и политики приходили на телешоу и рассказывали о том, что война на Донбассе – эдакая реинкарнация битвы за Сталинград. Что если не «защитить Донбасс от украинской армии», то уже завтра войска НАТО будут стоять на Волге и Россия закончится. Эта повестка была повсеместной и бескомпромиссной – российские государственные СМИ не жалели фантазии и сил, чтобы описывать «зверства украинской хунты».

Пропаганда не может быть безличностной, ей всегда нужен герой. В 2014 году таким персонажем стал Арсен Павлов с позывным «Моторола» – уроженец российской республики Коми. О его биографии известно немного: рос без родителей, воспитывала бабушка, служил в морской пехоте, до войны работал на автомойке. Реальная его биография началась после того, как он, по его собственному признанию, не смог просто сидеть дома и поехал на Донбасс, чтобы воевать с украинской армией.

Он был одним из главных лиц этой войны. Российские СМИ подавали его историю как классическую «success-story» героического наемника, который своей собственной храбростью смог заслужить почет и уважение. Но в середине октября 2016-го он был убит. В самом центре Донецка был взорван в лифте дома, в котором жил. И это тоже одна из важных промежуточных точек всей той войны, которую развязал Кремль на территории соседней Украины.

Конкурентная борьба

Арсен «Моторола» Павлов не стал первым убитым боевиком. До него точно так же в глубоком тылу боевиков были убиты и другие публичные лица российского вторжения. Так, в декабре 2015 года был убит Павел Дремов – один из лидеров луганских боевиков, который неоднократно критиковал главного представителя местных террористов Игоря Плотницкого. Его кортеж был обстрелян на пути в село Стаханов, где Дремов планировал праздновать собственную свадьбу.

За полгода до этого в июле 2015 года был убит другой полевой командир боевиков Алексей Мозговой. По дороге в Луганск его кортеж попал в засаду и был обстрелян, вместе с самим Мозговым погибло еще четверо сопровождающих. Как и во всех других случаях в покушении обвинили украинскую диверсионно-разведывательную группу. Хотя окружение Мозгового утверждало, что до покушения он конфликтовал с другими полевыми командирами.

А в январе 2015 года был убит один из наиболее авторитетных боевиков на Донбассе – Александр Беднов по прозвищу «Бэтмен». Его кортеж был обстрелян из пехотных огнеметов «Шмель». Единственное отличие от последующих убийств состояло в том, что власти так называемой «ЛНР» на этот раз официально взяли на себя ответственность, заявив, что Беднов был убит после того, как отказался сложить оружие и подчиниться приказам своего командования.

Все эти убийства происходили на территории, подконтрольной самим боевикам. Все убитые были авторитетными полевыми командирами, которые командовали отдельными отрядами и нередко конфликтовали с руководством непризнанных «республик». Почти всегда в их убийстве боевики обвиняли украинскую сторону, но при этом всякий раз после убийств звучали версии, что покушения происходили в рамках междоусобной борьбы за власть.

Но нынешнее убийство Арсена «Моторолы» Павлова рельефно выделяется даже на фоне всех вышеперечисленных историй. Просто потому, что он был, возможно, самым медийно раскрученным персонажем этой войны.

Война в прямом эфире

Российское вторжение в Украину не ограничилось только лишь поставками оружия и военными специалистами – в нем принимали участие и российские медиа. С самого первого дня они активно раскручивали сюжеты о «героических ополченцах», противостоящих «батальонам НАТО» на Донбассе. В строгом соответствии с законами драматургии, были выбраны два человека, которым была отведена роль «представителей народных низов». Одного из них звали Михаил Толстых с позывным «Гиви». Другим был убитый недавно Арсен «Моторола» Павлов.

Михаил Толстых был гражданином Украины – когда-то он проходил срочную службу в украинской армии, но после вторжения российской армии в Крым и на Донбасс принял сторону сепаратистов. Был командиром батальона «Сомали», принимал активное участие в боевых действиях. Российские медиа любили рассказывать о нем как о представителе той части украинского народа, которая не хочет дрейфа страны на Запад и сражается за пророссийскую идентичность Донбасса. Эдакий «героический солдат», который «встал на защиту родины», в тот момент, когда «ей угрожала опасность».

Его обязательным спутником в репортажах был Арсен «Моторола» Павлов. Роль которого была в том, чтобы служить олицетворением российских добровольцев, приехавших на помощь «народу Донбасса». Более того, его биография сама по себе служила формой агитации: еще вчера никому не известный мойщик автомобилей, а теперь – обладатель полковничьих погон и многих наград «ДНР». На Донбассе «Моторола» нашел себе жену из местных – свадьбу этой пары показывали все российские телеканалы. Правда потом стало известно, что у самого Арсена Павлова в России осталась другая жена с ребенком, но российские телеканалы предпочли этот факт не заметить.

Из «Моторолы» делали нечто вроде агитационной версии «капитана Америки». Месседж был прост: если ты храбр и отважен и готов покинуть дом, чтобы сражаться на Донбассе, то тебя ждут карьера и семейное счастье, благосостояние и слава. Павлов в рамках российской пропаганды был олицетворением «дружбы народов», когда житель России срывается с места и едет в Украину, помогать «братскому народу» победить «хунту».

И вот теперь его не стало. И его напарник по окопам и телеэфирам Михаил «Гиви» Толстых обещает в качестве возмездия сравнять с землей все украинские города вплоть до Киева. Лидеры боевиков привычно обвиняют в покушении Киев и даже заявляют, что это убийство эквивалентно объявлению войны. Но с учетом контекста покушения эта версия вызывает сомнения. Куда более очевидным выглядит объяснение, что мы в очередной раз стали свидетелями внутривидовой борьбы за сферы влияния в оккупированном украинском регионе.

Конец эпохи

Убийство «Моторолы» – это черта под той формулой социального лифта, которую продвигал Кремль последние два с половиной года. Оказывается, что всенародная слава «защитника Новороссии» и персональное везение на поле боя не страхуют тебя от гибели в самом центре того украинского города, который ты «защищал» от украинской армии. И это совпадает с произошедшими за два последних года переменами в общественном сознании в РФ.

Потому что война на Донбассе начиналась в тот самый момент, когда ощущение общественной эйфории было в РФ на пике. Москва только что выиграла собственноручно проведенную зимнюю Олимпиаду в Сочи и молниеносно захватила украинский Крым. Курс рубля по отношению к доллару был еще относительно стабилен, цены не начали драматически расти, а повестка телевизора еще не начала входить в противоречие с содержимым холодильников. Риторика про «фашистов», которые пытаются захватить Украину, еще не успела утомить российского обывателя, а мощнейшая пропагандистская волна еще не утратила своей новизны.

Но общество не может долго жить на эмоциональном пике. За два года вялотекущего противостояния интерес к войне был утрачен. И вот уже один из бывших лидеров пророссийских боевиков Игорь Стрелков жалуется [2] на то, что пожертвования на гуманитарную помощь жителям оккупированного Донбасса «резко сократились». Донбасс перестал быть краеугольным камнем российской повестки, и Сирия давно заместила его на тематическом поле «противостояния с Западом».

То, что перестает быть символом – не нуждается и в лицах. Донбасс инструментален для российской политики и в этой инструментальности не обязательно найдется место для тех, кто знает слишком много, а в силу популярности – еще и способен быть услышанным многими. И кто знает, какие полевые командиры боевиков перейдут в разряд «павших героев» на протяжении следующих месяцев.

—

Павел Казарин, опубликовано в издании Intersection [3]

В тему: