Энн Аппельбаум: Автократия, Inc

1.00

Нет

Почему первая четверть XXI века стала торжеством автократий. «Почему плохие парни» выигрывают, а на заглавной картинке пять авторкатов XXI века — Мадуро, Лукашенко, Путин, Си и Эрдоган

Американский журнал The Atlantic опубликовал [2] большой очерк Энн Аппельбаум (Anne Applebaum) Энн Эпплбаум (Ann Applebaum) хорошо известна нашим читателям по книге — исследованию [3] советской системы политических концентрационных лагерей — ГУЛАГа. Очерк вышел под заголовком «Почему плохие парни» выигрывают, а на заглавной картинке пять авторкатов XXI века — Мадуро, Лукашенко, Путин, Си и Эрдоган. В чем их отличие от диктаторов и режимов прошлого века и почему они столь успешны — издание The New Times [4] опубликовало выдержки из этого исследования.

ИХ СВЯЗИ СКРЕПЛЯЮТСЯ НЕ ИДЕАЛАМИ, А СДЕЛКАМИ, ПРИЗВАННЫМИ СМЯГЧИТЬ ЭКОНОМИЧЕСКИЙ БОЙКОТ ЗАПАДА И/ИЛИ СДЕЛАТЬ ИХ ЛИЧНО БОГАТЫМИ

/.../ Сегодня автократиями управляет не один плохой парень, а сложные сети, состоящие из клептократических финансовых структур, служб безопасности (военных, полиции, военизированных групп, слежки) и профессиональных пропагандистов. Члены этих сетей связаны между собой не только внутри одной страны, но и между многими странами. Коррумпированные, контролируемые государством компании в одной диктатуре ведут бизнес с коррумпированными, контролируемыми государством компаниями в другой. Полиция в одной стране может вооружать, оснащать и обучать полицию в другой. Пропагандисты обмениваются ресурсами — фермы троллей, продвигающие пропаганду одного диктатора, могут также использоваться для продвижения пропаганды другого, обмениваться и темами, вдалбливая одни и те же идеи о слабости демократии [5] и вселенском зле, который представляет Америка.

Это не значит, что существует какая-то суперсекретная комната, где встречаются плохие парни, как в фильмах о Джеймсе Бонде.

На эту тему: Автократы из Восточной Европы - новое испытание для демократии [6]

У нового автократического альянса также нет объединяющей идеологии. Среди современных автократов есть люди, называющие себя коммунистами, националистами и теократами. Ни одна страна не возглавляет эту группу. Вашингтон любит говорить о китайском влиянии, но на самом деле членов этого клуба объединяет общее стремление сохранить и приумножить свою личную власть и богатство. В отличие от военных или политических союзов других времен и мест, члены этой группы действуют не как блок, а скорее как агломерация компаний — назовем ее Autocracy Inc. Их связи скрепляются не идеалами, а сделками, призванными смягчить экономический бойкот Запада и/или сделать их лично богатыми — вот почему они могут действовать, минуя географические и исторические границы.

AUTOCRACY INC. ПРЕДОСТАВЛЯЕТ СВОИМ ЧЛЕНАМ НЕ ТОЛЬКО ДЕНЬГИ И БЕЗОПАСНОСТЬ, НО И НЕЧТО МЕНЕЕ ОЩУТИМОЕ, НО НЕ МЕНЕЕ ВАЖНОЕ — БЕЗНАКАЗАННОСТЬ

***

В теории Беларусьявляется международным изгоем ( автор посвящает первую часть очерка рассказу о Светлане Тихановской и ее эволюции из учительницы английского языка и жены известного блогера/политзека — в политика, которого принимают президент США и лидеры больших европейских стран —NT) — белорусские самолеты не могут приземляться в Европе, многие белорусские товары не могут продаваться в США, шокирующая жестокость Беларуси подвергается критике со стороны многих международных институтов. Но на практике страна остается уважаемым членом Autocracy Inc. Несмотря на вопиющее попрание международных норм, несмотря на то, что Лукашенко нарушает законы, Беларусь остается местом реализации одного из крупнейших проектов Китая по развитию за рубежом. За последний год Иран расширил свои отношения с Беларусью. Кубинские официальные лица выразили свою солидарность с Лукашенко в ООН, призвав положить конец "иностранному вмешательству" в дела страны.

Теоретически Венесуэла [7] тоже является международным изгоем. С 2008 года США неоднократно добавляли все новых венесуэльцев в списки персональных санкций; с 2019 года американским гражданам и компаниям запрещено вести там любой бизнес. Канада, ЕС и многие соседи Венесуэлы по Южной Америке сохраняют санкции в отношении этой страны. И все же режим Николаса Мадуро [8] получает кредиты, а также нефтяные инвестиции от России и Китая. Турция содействует незаконной торговле венесуэльским золотом. Куба давно предоставляет советников по безопасности, а также технологии безопасности правителям страны. Международная торговля наркотиками обеспечивает [9] отдельных представителей режима дизайнерской обувью и сумочками. Леопольдо Лопес, некогда звезда оппозиции, ныне живущий в изгнании в Испании, заметил [10], что хотя противники Мадуро и получали некоторую иностранную помощь, она «не идет ни в какое сравнение с тем, что получает Мадуро».

Как и у белорусской оппозиции, у венесуэльской оппозиции есть харизматичные лидеры и преданные низовые активисты, которые убедили миллионы людей выйти на улицы и протестовать [11]. Если бы их единственным врагом был коррумпированный, обанкротившийся венесуэльский режим, они могли бы победить. Но на самом деле Лопес и его соратники-диссиденты борются с несколькими автократами в разных странах. Как и многие другие простые люди, которых в политику привел опыт несправедливости, как Светлану и Сергея Тихановских в Беларуси, как лидеров протестного движения в Гонконге, как кубинцев, иранцев и бирманцев, добивающихся демократии в своих странах, они борются против людей, которые контролируют государственные компании и могут принимать инвестиционные решения на миллиарды долларов по чисто политическим причинам. Они борются против людей, которые могут покупать сложные технологии наблюдения в Китае или ботов в Санкт-Петербурге.

Autocracy Inc. предоставляет своим членам не только деньги и безопасность, но и нечто менее ощутимое, но не менее важное — безнаказанность.

Лидеры Советского Союза, самой могущественной автократии второй половины 20-го века, глубоко заботились о том, как их воспринимают во всем мире. Они энергично пропагандировали превосходство своей политической системы и возражали, когда ее критиковали. Когда советский лидер Никита Хрущев в 1960 году на заседании Генеральной Ассамблеи ООН знаменито продемонстрировал свой ботинок [12], это произошло потому, что филиппинский делегат выразил сочувствие "народам Восточной Европы и других стран, которые были лишены возможности свободно осуществлять свои гражданские и политические права".

Сегодня самых жестоких членов Автократии Inc. не очень волнует, критикуют ли их и кто критикует. У лидеров Мьянмы нет никакой идеологии, кроме национализма, самообогащения и желания остаться у власти. Лидеры Ирана уверенно отвергают мнение западных неверных. Лидеры Кубы и Венесуэлы отвергают высказывания иностранцев на том основании, что они "империалисты". Лидеры Китая провели десятилетие, оспаривая язык прав человека, давно используемый международными институтами, успешно убеждая многих людей по всему миру, что эти "западные" понятия к ним неприменимы. Россия пошла дальше простого игнорирования иностранной критики и открыто высмеивает ее.

После ареста [13] российского диссидента Алексея Навального в начале этого года [13] Amnesty International назвала его "узником совести" ‑ это старинный термин, который правозащитная организация использует с 1960-х годов. Российские тролли в социальных сетях немедленно развернули кампанию, направленную на привлечение внимания Amnesty к высказываниям Навального 15-летней давности, которые, по всей видимости, нарушали правила этой организации в отношении оскорбительных выражений. Amnesty заглотила наживку и лишила Навального звания «узника совести». Затем, когда представители Amnesty поняли, что ими манипулировали тролли, они восстановили его [14]. Российские государственные СМИ разразились насмешливым хохотом. Это был не лучший момент для правозащитного движения.

Невосприимчивые к международной критике, современные автократы используют агрессивную тактику, чтобы противостоять массовым протестам и широко распространенному недовольству. Путин не постеснялся устроить "выборы [15]" в начале осени этого года, в которых около 9 миллионов человек были лишены права выдвинуться кандидатами, проправительственная партия получила в пять раз больше времени на телевидении, чем все остальные партии вместе взятые, телевизионные ролики с чиновниками, ввбрасывающими бюллетени, широко циркулировали в Интернете, а подсчет электронных голосов таинственным образом был изменен на прямо противоположный. Бирманская хунта не стесняется того, что убила сотни протестующих [16], включая молодых подростков, на улицах Янгона. Китайское правительство хвастается тем, что уничтожило народное демократическое движение в Гонконге.

В крайних случаях такое презрение может перерасти в то, что международный демократический активист Срджя Попович называет «моделью Мадуро», к которой, возможно, готовится Лукашенко в Беларуси. Автократы, которые принимают эту модель, «готовы заплатить цену за то, чтобы стать полностью несостоявшейся страной, чтобы их страна вошла в категорию несостоявшихся государств (failed states)», соглашаясь на экономический коллапс, изоляцию и массовую бедность, если это необходимо, чтобы остаться у власти.

Асад применил модель Мадуро в Сирии. И, похоже, именно это имело в виду руководство Талибана этим летом, когда они заняли Кабул и сразу же начали арестовывать и убивать афганских чиновников и гражданских лиц. Надвигается финансовый крах, но талибам все равно. Как сказал Financial Times [17] один западный чиновник, работающий в регионе, «они полагают, что любые деньги, которые Запад им не даст, будут заменены Китаем, Пакистаном, Россией и Саудовской Аравией». А если деньги не придут, что с того? Их цель — не процветающий, благополучный Афганистан, а Афганистан, где они главные.

Широкое распространение модели Мадуро помогает объяснить, почему заявления Запада во время падения Кабула звучали так жалко. Глава внешнеполитического ведомства ЕС выразил "глубокую озабоченность сообщениями о серьезных нарушениях прав человека" и призвал к "конструктивным переговорам, основанным на демократии, верховенстве закона и конституционном правлении" - как будто талибы были заинтересованы в чем-то из этого. Была ли это "глубокая озабоченность", "искренняя озабоченность" или "глубокая озабоченность", была ли она выражена от имени Европы или Святого Престола, все это не имеет значения: Подобные заявления ничего не значат ни для Талибана, ни для кубинских спецслужб, ни для российской ФСБ. Их цели — деньги и личная власть. Их не волнует счастье или благополучие их сограждан, не говоря уже об отношении к ним кого-либо еще.

Как современные автократы добились такой безнаказанности? Отчасти благодаря тому, что убедили множество других людей в множестве других стран подыграть им. Некоторые из этих людей и некоторые из этих стран могут вас удивить.

***

Мы, американцы? Мы, европейцы? Так ли мы уверены, что нашими институтами, нашими политическими партиями, нашими СМИ никогда не смогут манипулировать подобным образом? Весной 2016 года я помогла опубликовать доклад об использовании Россией дезинформации в Центральной и Восточной Европе — ставшие уже привычными усилия России по манипулированию политическим дискурсом в других странах с помощью социальных сетей, фальшивых веб-сайтов, финансирования экстремистских партий, взлома частных коммуникаций и многого другого. Мы с моим коллегой Эдвардом Лукасом, старшим научным сотрудником Центра анализа европейской политики, говорили об этом на Капитолийском холме, в Государственном департаменте и со всеми в Вашингтоне, кто мог бы нас выслушать. Ответом был вежливый интерес, не более того. Нам очень жаль, говорили нам, что Словакия и Словения сталкиваются с такими проблемами, но это не может произойти здесь.

/Далее автор The Atlantic приводят известные примеры как российские спецслужбы, используя социальные сети и фейковые эккаунты, пытались повлиять на исход выборов в США. И как, в свою очередь, китайская компартия создала организацию — China United Front (Китайский Объединенный фронт), которая действует за границей и задача которая — задавать правильный тон любым дискуссиям о Китае, направлять их в нужную русло. Но она пошла дальше, чем ее российские предшественники, пишет автор, и действует разнообразнее и тоньше./

На эту тему: Как Беларусь стала диктатурой. Урок для украинцев [18]

/…/Среди прочего, Китайский Объединенный фронт создает образовательные программы и программы обмена, пытается формировать атмосферу в китайских эмигрантских сообществах и обхаживает каждого, кто готов стать фактическим представителем Китая. Но в 2019 году, когда Питер Маттис, эксперт по Китаю и сторонник демократии, попытался обсудить программу Объединенного фронта с аналитиком ЦРУ, он получил тот же вежливый отказ, который мы с Лукасом слышали несколькими годами ранее. "Это не Австралия [19]", — сказал ему аналитик ЦРУ, согласно показаниям, которые Мэттис дал Конгрессу, ссылаясь на серию скандалов с участием китайских и китайско-австралийских бизнесменов, якобы пытавшихся купить политическое влияние в Канберре. Нам очень жаль, что в Австралии возникли такие проблемы, но это не может произойти здесь".

Но так ли это ? Масса кривотолков возникло касательно финансируемых Китаем Институтов Конфуция, созданных в американских университетах, некоторые из преподавателей которых под видом доброкачественных курсов китайского языка и каллиграфии участвовали в попытках сформировать академические дебаты в пользу Китая — классическое предприятие Китайского Объединенного фронта. Длинная рука китайского государства добралась и до китайских диссидентов в США.

Офисы Фонда Вэй Цзиншэна, названного в честь одного из самых известных китайских борцов за демократию, в Вашингтоне и Мэриленде, за последние два десятилетия взламывали более десятка раз. Ципин Хуан, исполнительный директор фонда, рассказал мне, что старые компьютеры исчезли, телефонные линии были отключены, а почта выброшена в туалет. Главная цель, похоже, состоит в том, чтобы дать активистам понять, что за ним постоянно наблюдают. Китайских демократических активистов, живущих в США, как и уйгуров в Стамбуле, посещали китайские агенты, которые пытались убедить их или шантажировали их вернуться домой [20]. Другие попадали в странные автомобильные аварии — несчастные случаи регулярно происходят именно тогда, когда люди едут на ежегодную церемонию, проводимую в Нью-Йорке в годовщину бойни на площади Тяньаньмэнь.

Китайское влияние, как и авторитарное влияние в более широком смысле, может принимать еще более тонкие формы, используя не кнут, а пряник. Если вы будете придерживаться официальной линии, если вы не будете критиковать положение дел в Китае с правами человека, для вас откроются новые возможности. В 2018 году кампания McKinsey провела очень закрытую корпоративную встречу в Кашгаре, всего в нескольких милях от уйгурского лагеря для интернированных /…/ У McKinsey были веские причины не говорить о правах человека на выездном семинаре: По данным The New York Times, на момент проведения этого мероприятия консалтинговый гигант консультировал 22 из 100 крупнейших китайских государственных компаний [21], включая ту, которая помогла построить искусственные острова в Южно-Китайском море, так встревожившие американских военных.

Но, возможно, несправедливо придираться к McKinsey. Список крупных американских корпораций, попавших в запутанную сеть личных, финансовых и деловых связей с Китаем, Россией и другими автократиями, очень длинный. Во время сильно манипулируемых и намеренно запутанных российских выборов в сентябре 2021 года компании Apple и Google удалили приложения, призванные помочь российским избирателям определиться с выбором оппозиционных кандидатов, после того как российские власти пригрозили преследованием местным сотрудникам компаний.

Приложения были созданы антикоррупционным движением Алексея Навального, самым жизнеспособным оппозиционным движением в стране, которое само не было допущено к участию в избирательной кампании. Навальный, который по-прежнему находится в тюрьме по надуманным обвинениям, сделал заявление через Twitter, в котором осудил самых известных корпоративных магнатов американской демократии: «Одно дело, когда интернет-монополистами управляют симпатичные свободолюбивые ботаники с твердыми жизненными принципами. Совсем другое дело, когда люди, стоящие во главе их, одновременно трусливы и жадны... Стоя перед огромными экранами, они говорят нам о том, что «делают мир лучше», но внутри они лжецы и лицемеры».

Список других отраслей, которые можно охарактеризовать как «трусливые и жадные», также очень длинный, в него входят даже Голливуд, поп-музыка и спорт. Когда дистрибьюторы занервничали из-за возможной реакции китайцев на ремейк фильма компании MGM времен холодной войны, то в фильм были внесены изменения, в результате которых вместо китайских злодеями стали северные корейцы. В 2019 году комиссар НБА Адам Сильвер вместе с рядом звезд баскетбола принес свои извинения Китаю после того, как генеральный менеджер «Хьюстон Рокетс» в своем твиттере выразил поддержку демократам Гонконга.

Еще более отвратительным был фильм «Qazaq: история золотого человека»— восьмичасовой документальный фильм о жизни Нурсултана Назарбаева, жестокого многолетнего правителя Казахстана, снятый в 2021 году голливудским режиссером Оливером Стоуном. Или вспомните, что сделала рэперша Ники Минаж в 2015 году, когда ее раскритиковали за концерт в Анголе, организованный компанией, совладельцем которой была дочь диктатора этой страны Жозе Эдуарду душ Сантуша. Минаж разместила в Instagram две [22] свои фотографии [23], на одной из которых она задрапирована в ангольский флаг, а на другой — рядом с дочерью диктатора, снабдив их бессмертными словами: «Ничего особенного... она просто 8-я самая богатая женщина в мире». (По крайней мере, так мне сказал кто-то до того, как мы сделали это фото) Лол.Yikes!!!!! GIRL POWER!!!!! Это мотивирует меня так сильно!!!!».

Если автократы [24] и клептократы [25] не чувствуют стыда, то почему американские знаменитости, которые наживаются на их богатствах, должны испытывать стыд? Почему их фанаты должны стыдиться? Почему их спонсоры должны стыдиться?

***

Организация Freedom House, которая публикует ежегодный отчет Freedom in the World («Свобода в мире») на протяжении почти 50 лет, назвала свой выпуск за 2021 года «Демократия в осаде [26]». Стэнфордский ученый Ларри Даймонд называет это эпохой «демократического регресса». Не все настроены одинаково мрачно — Срджя Попович, борец за демократию, утверждает, что противостояние между автократами и их населением становится все более жестким именно потому, что демократические движения становятся более артикулированными и лучше организованными. Но почти все, кто серьезно думает на эту тему, согласны с тем, что старый дипломатический инструментарий, который когда-то использовался для поддержки демократов по всему миру, заржавел и устарел.

Тактика, которая работала раньше, больше не работает. Безусловно, санкции, особенно когда они поспешно применяются после какого-то возмущения, не оказывают того воздействия, которое они оказывали раньше [27]. Иногда они могут показаться, по словам Стивена Бигуна, бывшего заместителя госсекретаря, «упражнением в самоудовлетворении», наравне с «суровым осуждением последних фарсовых выборов». Это не значит, что они вообще не оказывают никакого влияния.

И хотя персональные санкции против коррумпированных российских чиновников сделали невозможным для некоторых посещение их вилл в Кап-Ферра, или учебу их детей в Лондонской школе экономики, они не убедили Путина прекратить вторжение в другие страны, вмешательство в европейскую и американскую политику или отравление своих собственных диссидентов. Десятилетия американских санкций также не изменили поведение иранского режима или режима Венесуэлы, несмотря на их неоспоримое экономическое воздействие. Слишком часто про санкции со времен забывают и так же часто автократии теперь помогают друг другу обходить их.

Наши усилия еще меньше, чем кажется, потому что традиционные СМИ — это лишь часть того, как современные автократии продвигают себя. У нас пока нет реального ответа на китайскую инициативу

The Belt and Road Initiative ( в России эта инициатива Китая по инвестициям в инфраструктуру разных стран больше известна как «Великий шелковый путь» — в приложении в бывшим среднеазиатским республикам СССР. В китайском плане предполагались в 70 стран мира. —NT) , которая предлагает инфраструктурные сделки странам по всему миру, часто позволяя местным лидерам получать откаты и взамен получать позитивное освещение в СМИ, субсидируемое Китаем. У нас нет эквивалента Объединенного фронта или какой-либо другой стратегии для формирования дебатов внутри Китая и о нем. Мы не проводим кампании влияния в Интернете внутри России. У нас нет ответа на дезинформацию, вбрасываемую зарубежными «фермами троллей», которая циркулирует в Facebook внутри США, не говоря уже о плане противодействия дезинформации, которая циркулирует внутри автократий.

Президент Байден хорошо осознает этот дисбаланс и говорит, что хочет оживить демократический альянс и ведущую роль Америки в нем [28]. С этой целью президент созывает 9 и 10 декабря онлайн-саммит для дискуссии по трем темам: защита от авторитаризма, борьба с коррупцией и содействие соблюдению прав человека.

Звучит красиво, но если это не предвещает глубоких изменений в нашем собственном поведении, это мало что значит. В конце концов, «борьба с коррупцией» — это не только вопрос внешней политики. Если мы в демократическом мире настроены серьезно, то мы больше не можем позволить казахам и венесуэльцам анонимно покупать недвижимость в Лондоне или Майами, а правителям Анголы и Мьянмы прятать деньги в Делавэре или Неваде. Другими словами, нам необходимо внести изменения в нашу собственную систему, а это может потребовать преодоления яростного внутреннего сопротивления со стороны бизнес-групп, которые извлекают из нее выгоду. Мы должны закрыть налоговые гавани, обеспечить соблюдение законов об отмывании денег, прекратить продажу технологий безопасности и слежки автократиям и полностью отказаться от участия в капитале самых жестоких режимов. «Мы» здесь должно включать Европу, особенно Великобританию, а также партнеров в других странах — и это потребует активной дипломатии.

То же самое относится и к борьбе за права человека [29]. Заявления, сделанные на дипломатическом саммите, мало чего дадут, если политики, граждане и бизнес не будут действовать так, как будто они имеют значение. Чтобы добиться реальных изменений, администрации Байдена придется задавать трудные вопросы и принимать серьезные решения. Как мы можем заставить Apple и Google уважать права российских демократов? Как мы можем добиться того, чтобы западные производители исключили из своих цепочек поставок все, что произведено в уйгурском концлагере?

/…/ Часть американских левых отказалась от идеи, что "демократия" должна быть в центре внешней политики США — не из-за жадности и цинизма, а из-за потери веры в демократию внутри страны. Убежденные в том, что история Америки — это история геноцида, рабства, эксплуатации и не более того, они не видят смысла в объединении усилий со Светланой Цихановской, Нурсиманом Абдурешидом или другими простыми людьми по всему миру, которых заставил заняться политикой опыт глубокой несправедливости. Сосредоточившись на собственных горьких проблемах Америки, они больше не верят, что Америке есть что предложить остальному миру: Хотя гонконгские протестующие, размахивающие американскими флагами [30], верят во многое из того же, во что верим мы, их просьбы о поддержке Америки в 2019 году не вызвали значительной волны молодежного активизма в США, даже сравнимого с движением против апартеида 1980-х годов. (Эта точка зрения изложена на сайте NT в интервью Иана Бреммера «Главная угроза для США внутри страны» [31] —NT.)

На эту тему: Диктаторы не остановятся. Готовимся к наихудшему [32]

Ошибочно отождествляя продвижение демократии по всему миру с "вечными войнами», они не понимают жестокости конкуренции с нулевой суммой, разворачивающейся сейчас перед нами. Природа не терпит вакуума, и геополитика тоже. Если Америка исключит продвижение демократии из своей внешней политики, если Америка перестанет интересоваться судьбой других демократий и демократических движений, то автократии быстро займут наше место в качестве источников влияния, финансирования и идей. Если американцы вместе с нашими союзниками не смогут бороться с привычками и практикой автократии за рубежом, мы столкнемся с ними дома; более того, они уже здесь. Если американцы не помогут призвать к ответу режимы-убийцы, эти режимы сохранят чувство безнаказанности. Они будут продолжать воровать, шантажировать, пытать и запугивать как в своих странах, так и в наших.

—

Источник: The New Times [4]

Коллаж: Oliver Munday

На эту тему: