«Новый социалистический быт» или Задворки индустриализации

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

21 ноября 1931 года «Харківський пролетар» объявил о начале штурмовой декады на тракторном заводе. Казалось бы, что еще оставалось штурмовать? Не прошло ведь и двух месяцев после чрезвычайно помпезного пуска. Когда и самым бестолковым вбили в головы знаменитое высказывание товарища Сталина: «Нет таких крепостей, которые большевики не могли бы взять!» Но одна отыскалась — печально известный «соцкультбыт».

Еще очень долго после торжественного открытия достойные условия существования оставались недостижимой мечтой для многих рабочих. Поэтому и «штурм» объявили весьма специфический: декаду санитарии.

«Харківський пролетар» за 21 листопада 1931 року

«Харківський пролетар» за 21 ноября 1931 года

Потому что припекло. В широко разрекламированном «новом социалистическом городе» наблюдалось несколько очень старое и привычное: «Все бараки перегружены до неприятности. Вместо 60-70 человек в бараках часто густо живет не менее 100-120… Отсюда — грязь, неряшливость, вонь, зараза».

На эту тему: Сталинские бараки

90-я годовщина с начала санитарного штурма показалась неплохим поводом рассказать о суровом быте «энтузиастов тракторного гигангта». Начав с тех, чей энтузиазм вызывает обоснованные сомнения.

Одними из первых в степи у станции Лосево появились заключенные. Уже весной 1930 там функционировал исправительный лагерь. И именно из него в редакцию «Харківського пролетаря» поступило 13 марта интересное письмо.

Узники жаловались, что их обманули. Когда забирали с Холодной Горы, обещали, что каждый заключенный будет обеспечен хлебом, горячим, сахаром, а также выдадут полушубки, фуфайки, брюки, ботинки, ботинки. По факту же получилось следующее: «Дают на заключенного полтора фунта хлеба, борща или супа – по одной кружке, а чая совсем не дают».

Комендатура ХТЗ у вересні 1930-го. З книги «Харьков. 1941-й: часть 1. У края грозы»

Комендатура ХТЗ в сентябре 1930-го. Из книги «Харьков. 1941: часть 1. У края грозы»

С одеждой тоже не сложилось:

«Заключенные, у которых есть приятели среди надсмотрщиков по лагерю, получили хорошую одежду и обувь, а то заключенные, которые проводят тяжелую физическую работу — голые, босые и голодные – получили фигу с маслом».

Проверили «сигнал» только через два месяца — 20 мая. Депутаты горсовета Погребняк и Пронина официально констатировали, что заключенные ничуть не соврали: не хватает матрасов, мыла, спецодежды. Отсутствует медицинская помощь.

Разгружая голыми руками вагоны с камнями, заключенные натирали и срывали кровавые мозоли. А все три медпункта Тракторостроя категорически отказались обслуживать зэков.

Крайне плохо было и с питанием:

«Выдают на каждого человека 100 гр. картофеля и 100 гр. крупы для приварки. Жиров дают 4 гр. на человека. Это норма в день. Сахару дают на 5 дней 65 грамм».

«Трудові подвиги» в’язнів на Тракторобуді потрапили навіть до парадної книжки. Тоді цього не соромилися. Вважалося, що «бупрівців» перевиховують працею

«Трудовые подвиги» заключенных на Тракторострое попали даже в парадную книгу. Тогда этого не стыдились. Считалось, что «бупровцев» перевоспитывают трудом

Вольнонаемных кормили по более высоким нормам. Но точно не лучше. Даже в канун торжественного пуска, когда уже действовала созданная ударными темпами целая система общественного питания.

По состоянию на конец сентября 1931 года жителей отдельного административного района ХТЗ обслуживали 5 столовых, 18 распределителей и 74 буфета. Крупнейшими были столовая № 49 (северный поселок) и столовая № 50 (южный).

Последней посвятили несколько пронзительных строк работники рабоче-крестьянской инспекции. Цитируем:

«В столовой, отпускающей 2000 блюд в сутки, только 300 ложек. Столовая вмещает 600 человек, но она все время пуста из-за нехватки ложек. На пол-версты от столовой выстроится очередь, которая ждет, пока освободятся ложки… Стоят по два часа и больше».

Но оно и не мешало — ухватить свежий воздух, прежде чем сесть за стол. Потому что в общепитах оно таким не был.

«Харківський пролетар» мобілізує екзорцистів на трудові подвиги. Ні, напевне, це про щось інше. 17 червня 1931 року

«Харківський пролетар» мобилизует экзорцистов на трудовые подвиги. Нет, наверное, это о чем-нибудь другом. 17 июня 1931 года

На эту тему: Что такое «соцгород». 12 тезисов о советской индустриализации

Вот интересная зарисовка из столовой для технических работников: «Обстановка напоминает бывшие грязные шинки. Вода, которой моют посуду, грязная, как помои. Моечная небольшая, грязная, мух — кишмя кишит. В кухне тоже невероятная грязь, запах гнили и множество мух».

Техработникам еще повезло. Пусть «небольшая», но моечная у них была. Столовая литейного цеха не имела и таковой. Проектировали наскоро — забыли предусмотреть. Пришлось выделить под мойку неприспособленный для такого использования амбар.

Цеховые столовые — это вообще отдельная история. В лучшую сторону выделялся только кузнечный цех — единственный, где подогревали пищу перед подачей. Рабочие других давились холодными блюдами. А иногда и вообще отказывались от них, как это произошло в литейном цехе 16 сентября 1931 года. «При нас второе блюдо возвращали, – отчитывались инспекторы. — От картофельного пюре воняло гнилью, там лежали кусочки косы».

Фото робітничої їдальні знайти не пощастило. Це — вагон-крамниця харківського Церабкоопу. От з таких торгували, поки не збудували стаціонарні

Фото рабочей столовой найти не удалось. Это вагон-магазин харьковского Церабкоопа. Вот из таких торговали, пока не построили стационарные.

Изготавливала такие «деликатесы» и распределяла их по цеховым столовым фабрика-кухня №1, которую «Харківський пролетар» назвал «более-менее упорядоченным свинарником». Вполне заслужено: «На мясе – рои мух. Во всех комнатах, где готовится и обрабатывается зелень — грязь, отвратительная кислотная и гнилая вонь. Очищенный картофель моют не в воде, а в бочках, наполненных застойной и заплесневелой грязью».

Ненамного лучше смотрелась и единственная на весь район пекарня, которая выдавала ежедневно по 35 тонн хлеба.

«О санитарии здесь не слышали и не знают, что это такое, – сообщал 1 декабря 1931 года «Харківський пролетар». – Везде грязно. Рабочие ночуют в помещении пекарни, работают в трусах без халатов. Нет душа, нет комнаты для одежды».

И немного о качестве выпускаемой в антисанитарных условиях продукции: «Помещение хлебопекарни слишком тесное. Поэтому хлеб деформируется и получается бракованным. Развозят его ничем не прикрытыми фурами».

Конечно, «не хлебом единым» жили творцы нового мира. Иногда им нужно было помыться и постричься. А с этим тоже были серьезные проблемы. Ибо на 60 тысяч человек было только две бани и две парикмахерские.

Вельми цікавий заклик пролунав 19 вересня 1931 року

Весьма интересный призыв раздался 19 сентября 1931 года

На эту тему: Сталинщина, военный коммунизм и гибель миллионов

19 сентября 1931 года печатный орган окружкома партии писал: «Огромные очереди у бань – обычное явление. В бане северного поселка и до сих пор не оборудованы котлы. А наибольшая беда то, что не всегда бывает вода. Сплошь и рядом рабочий, дождавшись своей очереди, заходит в баню, раздевается, а тут ему говорят: воды нет! Да, потратив несколько часов, рабочий идет в барак, не помывшись».

Что его ожидало в том бараке, с цифрами на руках рассказал заведующий агитмассовым отделом заводского парткома товарищ Бибиков: «39 бараков перенаселено на 1000 человек. Крыша протекает в 39 бараках, не хватает умывальников, скамеек, чайников. В 28 бараках не упорядочены еще и не отремонтированы печи».

Последнее, очевидно, было самым болезненным. Как и постоянная нехватка топлива в бараках, которым с печами повезло. Так как датирована печальная статистика 20 ноября 1931 года. А Харьков – точно не тропики. Но замерзшие рабочие справлялись старым дедовским способом: «Ломали стены, мебель, заборы, чтобы хоть немного погреться».

Отаким показували дозвілля робітників ХТЗ у пропагандистських виданнях. 1931 рік

Таким показывали досуг рабочих ХТЗ в пропагандистских изданиях. 1931 год

На эту тему: Коллективизация: 12 мифов

Из-за бытовых проблем страдала святая святых — агитационно-массовая работа, ведь отведенные для нее «красные уголки» и отдельные «бараки культуры» использовались как жилье. Поэтому досуг рабочего был совсем не социалистическим: «В бараках цветет пьянство, картежная игра и другие бытовые гадости».

И вот что интересно: с «гадостями» советская власть никогда и не таилась. «Тяготами и лишениями» разве что не гордились. Кому не приходилось читать стандартное: «Несмотря на огромные трудности, в кратчайшие сроки были построены…?»

Всё так. Но вместо «несмотря» нужно писать «благодаря». Если бы тогдашняя жизнь не была сплошной трудностью, нашлись бы тысячи рабочих, готовых в диких условиях работать за нищую копейку?

Эдуард Зуб, историк, сотрудник УИНП; Mediaport.ua


На эту тему:

 


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  [email protected]