Деньги делают народ. Как марки, шекели и рубли заставляют любить родину бесплатно

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Национальному строительству нужны тонкие и незаметные инструменты, которые не нужно человеку навязывать, которыми он сам будет рад воспользоваться. И этот инструмент — деньги.

«Нация — это ежедневный плебисцит», — заявил в конце XIX века французский историк Эрнест Ренан. Отсутствие выраженных конфликтов и расколов, а также ценности и представления о прошлом и настоящем, разделяемые всеми жителями страны, готовность их отстаивать и делают население нацией.

Но как преодолеваются расколы и формируются общие ценности? Расколы, как указывал сам Ренан, должны порой просто забываться. Если бы французы постоянно возвращались бы к опыту религиозных войн XVI-XVII века, они никогда бы не стали нацией. Ценности же, которые ложатся в основу примирения, сначала придумываются, распространяются, и только затем ежедневно подтверждаются. Их созданием занимаются интеллектуалы, а трансляцией и распространением — государство и политические и культурные элиты. Этот процесс — составная часть национального строительства.

Инструментов подобной трансляции множество. Главным из них принято считать школьное образование. География, литература, история — эти дисциплины должны прививать не общую картину мира, а необходимую, чтобы воспитывать у человека лояльность и те самые общие ценности. Известный афоризм про войны, которые выигрывает учитель истории, возник не случайно. Кстати, в XIX-XX веках роль армии в национальном строительстве была не меньшей, чем школы.

Более того, первые представления о собственной стране молодые мужчины получали часто именно в казарме, где их обучали грамоте и показывали карту родины. Во Франции считается, что бургундцы, провансальцы, нормандцы, гасконцы и так далее по-настоящему стали современными французами только в окопах Первой Мировой войны. Колоссальный опыт участия миллионов мужчин в войне за общие ценности слил разные этносы в единую французскую нацию. Вероятно, Вторая Мировая война выполняет туже самую функцию для русских.

Коллаж Rodrigo Torres. Фото: Luciano Oliveira / A Gentil Carioca Gallery

Не только школа и армия занимаются национальным строительством, но и целая индустрия, в которую входят живопись, кино, музеи, памятники и медиа. Национальные герои совершают подвиги, про них рисуют картины, которые вешают в музеях; про них снимают кино; им устанавливают памятники и про них пишут книги.

Но всё это достаточно дорогостоящие инструменты, которые просто физически не воздействуют на всех. В Эрмитаже — самом посещаемом российском музее — учитывая иностранных туристов, в год бывает всего 3,5 миллиона человек (в России население — 145 миллионов). Все кинозалы и библиотеки не способны вместить в себя не только всех граждан, но и обеспечить им бесперебойный показ и выдачу патриотических фильмов и книг.

Национальному строительству нужны и более тонкие и незаметные инструменты, которые не нужно человеку навязывать, которыми он сам будет рад воспользоваться. И этот инструмент — деньги.

В романе «Generation П» главный герой Вавилен Татарский покупает наркотик в форме почтовой марки, на которую наносятся разные рисунки. Наркодилер Григорий убеждает Вавилена:

«—Самое главное — это рисунок. Ты ведь никуда не можешь деться от факта, что глотаешь Мэла Гибсона или красную гвоздику, понимаешь? Твой ум это помнит. И когда кислота до него доходит, все идет по намеченному руслу. Трудно объяснить».

Точно также мы хорошо помним изображения на деньгах. С ними мы имеем дело каждый день. Лица и пейзажи на них мы видим чаще, чем друзей и родной дом.

Хронологически появление бумажных банкнот и первых национальных революций совпало — это вторая половина XVIII века. Но еще раньше появились монеты — на них изображали профили королей, царей и императоров. Это напрямую вытекало из традиционной легитимности: власть принадлежала монарху, получившему ее по воле Бога.

Поэтому монарх был высшим авторитетом, который своим символическим присутствием на монетах скреплял все сделки купли-продажи. Но идея нации утверждает: власть в стране принадлежит всему населению. В каждой стране по-своему решают задачу, как нация должна быть представлена на деньгах. И часто именно изображения на купюрах становятся доказательством наличия общих ценностей и представлений о прошлом у населения, и как следствие доказательством работы ежедневного плебисцита.

Коллаж Rodrigo Torres. Фото: Luciano Oliveira / A Gentil Carioca Gallery

Германия

В современных российских дискуссиях об исторической памяти Германия для многих участников — идеальный пример проработки прошлого. Этот термин после Второй Мировой войны предложил философ Теодор Адорно. Он был уверен: для преодоления опыта нацистской Германии самим немцам необходим честный и публичный разговор о собственном прошлом.

Палачи должны быть уличены в своих преступлениях и названы палачами, жертвы должны быть признаны жертвами. У Германии на проработку прошлого ушло несколько десятилетий. Только накануне объединения ГДР и ФРГ в последней завершился так называемый «спор историков». Эта дискуссия закончился однозначным вердиктом: Третий Рейх не подлежит и минимальной реабилитации.

Долгий процесс проработки прошлого отразился на рисунках, изображенных на немецких марках. Первые послевоенные купюры в ФРГ как будто игнорировали опыт 1920-1940-х годов. На них рисовали аллегорическое изображение Германии в образе женщины.

Оно существовало еще на купюрах Второго Рейха, но на них «Германия» держала меч и щит с имперским гербом. После 1945 года она была лишена этих атрибутов. С 1960-х запускается проработка прошлого, и ФРГ начинает свои корни в коротком опыте демократической Веймарской республики. На рейхсмарках того периода были изображены портреты немецких художников эпохи Возрождения. В обновленном виде они появились на марках 1970-х годов. Как мы видим, непосредственного обращения к историческим деятелям немцы старательно избегали.

Купюры 1948 и 1970-х годов

Впервые они появились на немецких марках только в начале 1990-х годов. На это была серьезная причина — ФРГ и ГДР вновь стали единым государством. И в этот момент уже по завершению «спора историков» создатели марок обратились к немецким историческим деятелям — западным и восточным немцам нужно было обосновать, что у них общее прошлое.

На новых марках были изображены врачи, художники, архитекторы и композиторы, — и ни одного политического деятеля. Маркам объединенной Германии было отведено не очень много времени — уже в 2002 году Германия, будучи мотором евроинтеграции, перешла на евро, и окончательно отказалась от идеи прививания немецкой идентичности через купюры.

Стоит упомянуть марки ГДР. Коммунистическая Германия не имела опыта проработки прошлого, но имела очевидную задачу формирования новой идентичности своих жителей. Деятели, изображенные на восточных марках были отобраны по легко прослеживающемуся критерию: лидер Крестьянской войны в Германии Томас Мюнцер, немецкая коммунистка и феминистка Клара Цеткин, основоположники коммунистического движения Карл Маркс и Фридрих Энгельс. «20-марочный» Иоганн Гёте заметно выбивается из этого списка.

Купюра 1971 года с изображением Фридриха Энгельса

Молдова и Приднестровье

Для государств, которые никогда не существовали или возобновили суверенитет спустя даже не десятилетия, а века, найти нужные изображения для купюр является порой сложной и нетривиальной задачей. Они должны доказать: мы были всегда и находимся здесь, потому что это напрямую вытекает из нашей истории.

Так на израильских шекелях изображают деятелей сионистского движения. А вот на всех молдавских леях изображен один и тот же человек — Стефан III Великий, господарь Молдавского княжества. Во времена падения Византийской империи, наступления османов на Балканах и возвышения Речи Посполитой, Стефану III удалось превратить Молдавское княжество в мощную региональную державу.

Постсоветская история независимой Молдавии началась с гражданской войны. Бывшая территория Молдавской автономной республики в составе советской Украины не пожелала остаться под «румынами». Остальная территория Молдавии вошла в состав СССР только в 1940 году в качестве румынской провинции Бессарабии. При советском авторитаризме разность исторического пути территорий была малозаметна, но в начале 1990-х из-за этого вспыхнула гражданская война. Приднестровье провозгласило независимость, и стало формировать идентичность своих жителей.

На современных приднестровских рублях изображены всего три человека, и это не случайно. Население непризнанной республики почти в равной пропорции состоит из трех народов: русских, украинцев и молдаван. Поэтому каждый из народов получил по своему национальному герою на купюрах. Русские — генералиссимуса Александра Суворова, сделавшего карьеру в этом регионе. Украинцы — своего национального поэта Тараса Шевченко.

Купюры Приднестровья 1994 и 2000-х годов с изображением Александра Суворова и Дмитрия Кантемира

А молдаване — приближенного императора Петра I Дмитрия Кантемира, отца поэта Антиоха. И здесь вполне легко прослеживается исторический нарратив: Приднестровье — это часть большой империи, представители которой веками служили царям. В таком контексте изображение русофоба и антиимперца Шевченко на купюрах может казаться даже провокацией (хотя это всего лишь советское наследство, в котором Шевченко — один из борцов с царистским произволом).

Кстати, обратите внимание на купюры 100 леев и 25 рублей — на обоих изображен замок в Бендерах, который находится в непризнанном Приднестровье. Изображения на купюрах еще и учат национальной географии — от своей исторической территории молдаване не отказываются и спустя 25 лет после распада СССР.

Купюры Молдавской автономной республики и Приднестровья с изображением замка в Бендерах

Коллаж Rodrigo Torres. Фото: Luciano Oliveira / A Gentil Carioca Gallery

Украинская гривна

После распада СССР Украине повезло и не повезло одновременно. В отличие от большинства постсоветских республик, которым приходилось строить национальное государство и историю, формировать идентичность своих граждан практически с нуля, у украинцев был готовый, вырабатываемый почти двести лет националистический нарратив.

Украинский национализм, вероятно, третий после польского и русского, с которым пришлось столкнуться империи Романовых. Но, если русский национализм довольно быстро удалось поставить на службу империи, то польский и украинский доставили ей немало проблем. Самая большая угроза исходила от украинцев — согласно официальному имперскому нарративу они были всего лишь ветвью русского народа. То есть согласно идеологии империи Романовых, самостоятельность украинцев — это не уход колонии, это разрушение метрополии. В этом контексте украинский национализм был сугубо антиимперским. Таким он остался и в Советском Союзе.

Согласно современной теории нации и национализмов урбанизация играет центральную роль в процессе формирования наций. Пока большая часть этноса живет в деревнях, национализм — не более, чем интеллектуальная забава образованных горожан. Но города заставляют распространять общие образцы культуры на миллионы человек, и тут приходит время массового национализма и процесса национального строительства. Русские и украинцы стали горожанами в советское время.

Но после 1991 года по факту всё культурное советское наследство украинским государством было отметено, и на вооружение был взят националистический нарратив столетней давности, обогащенный негативным явлениями 1917-1991 годов. Эффективен ли оказался такой перенос дискурсов и трактовок из начала XX века в начало века XXI века, и сейчас трудно сказать. Противники и сторонники украинского национализма найдут много доводов «за» и «против».

Но украинское государство, взяв на вооружение, именно его отразило на украинских гривнах. Как утверждал один из основоположников украинского национализма Михаил Грушевский, история украинской независимости начинается во времена первых киевских князей.

А дальше история украинцев — это беспрерывная борьба за восстановление независимости: гетманы Богдан Хмельницкий и Иван Мазепа, поэты и писатели-националисты, сам Михаил Грушевский и центральная фигура украинского Просвещения философ Григорий Сковорода. Надо сказать, что и сейчас в мире довольно сложно найти купюры, где бы националистический нарратив считывался настолько отчетливо.

Украинские гривны с изображениями: Владимира Великого, Богдана Хмельницкого, Ивана Мазепы, Михаила Грушевского, Тараса Шевченко, Григория Сковороды

Евро

Выше были представлены примеры из стран с выраженной политикой идентичности, но иногда купюры показывают, что такой политики просто нет. Например, это евро — изображения на них говорят о сложностях построения европейской идентичности. Действительно, создание Евросоюза не отменило наличие национальных государств. Учесть все культуры и значимых для Европы деятелей просто невозможно на ограниченном числе купюр — на них просто не удастся разместить людей из всех стран-членов Союза.

От одного до пятисот евро перед нами проходит панорама смены исторических эпох и архитектурных стилей. Они подчеркнуто неидеологизированны, из них исключены противоречия европейской истории, нет христианства, гуманизма Возрождения, Просвещения. Но сама Европа изображена без национальных границ, и выразительно заканчивается сразу за Карпатами, а не Уралом, как принято считать в географии.

Но полностью отказаться от такого тонкого и массового инструмента выстраивания национальной идентичности в Европе все-таки не смогли. В странах-членах Евросоюза людей изображают на монетах. И тут отбор может быть очень разным. В одних странах на металлических евро изображают деятелей культуры, в странах с монархами (например, в Нидерландах) поддерживается традиция изображения их профилей. Французы на монетах пишут свой революционный девиз «Свобода, равенство и братство».

Банкноты и монеты Евросоюза не меньше, чем голосование по евроконституции и «Брекзит» показывают противоречия строительства единого европейского пространства — национальные государства Евросоюз отменить еще не в силах.

Коллаж Rodrigo Torres. Фото: Luciano Oliveira / A Gentil Carioca Gallery

Уральский франк

После распада СССР в России проходил «парад суверенитетов» — субъекты федерации стремились, если не к выходу из состава страны, то к масштабному сокращению политического и экономического влияния Кремля в регионах. Пионерами здесь принято считать Татарстан, Якутию, Калмыкию, Башкирию и Чечню. Но схожий процесс проходил и на Урале. Свердловский губернатор Эдуард Россель в 1993 году объявил о создании Уральской республики. Если в силу советской привычки в Кремле еще были готовы терпеть усиление этнических автономий, то создание автономии просто по региональному признаку рассматривалось как чисто враждебный шаг. Россель на время был отстранен Борисом Ельциным от власти, а идея создания Уральской республики забыта.

В этот же период появились уральские франки. Это были всего лишь расчетные чеки для предприятий, которыми владел бизнесмен Антон Баков. В неолиберальной логике «шоковой терапии» Егора Гайдара приветствовалось создание частных денег, которые снимали с государства часть ответственности за экономическую политику. Но в результате инициатива Бакова стала ассоциироваться с автономистскими устремлениями Росселя, поэтому в конце 1993 года частные деньги были запрещены.

Несмотря на свою короткую историю уральские франки — прекрасный пример выстраивания региональной идентичности фактически «на пустом месте». На всех банкнотах изображены, если не уроженцы Урала, то люди, чья биография с ним сильно переплетена: сибирский хан Ибак, горнозаводчик Никита Демидов, уроженец Тобольска химик Дмитрий Менделеев, уроженец Воткинска композитор Петр Чайковский.

В тему: Юлия Латынина: Русские без Европы — пьяные папуасы

Возможно, сейчас такое вырывание деятелей национального пантеона в пользу регионального может показаться комичным. Но стоит напомнить, что именно так выглядело в XIX веке утверждение Михаила Грушевского, что киевские князья к истории русских не имеют никакого отношения.

Уральский франк с изображением Петра Чайковского, Дмитрия Менделеева, Никиты Демидова

Российские рубли

Когда мы рассказывали про евро, то представляли его как пример сложностей и противоречий политики идентичности в отдельно взятом регионе. Но едва ли не лучший примером в этом контексте — российский рубль.

С 1991 года Россия так и не может определится со своим положением на международной арене. Еще сложнее вопросы проработки прошлого. До сих пор россияне дискутируют о конфликтах столетней и даже двухсотлетней давности и занимают в них одну из сторон. Более того, в 2016 году спорят о возможности установки памятника Ивану IV Грозному, умершему в 1584 году. Примеры дискуссионных вопросов, посвященных истории и активно обсуждаемых россиянами, можно продолжать очень долго.

Хотя о том, что с прошлым разобраться быстро не удастся, можно было догадаться еще в начале 1990-х годов. На первых постсоветских рублях Владимира Ленина едва ли не просто прикрыли российским триколором.

Россия была признана в мире как правопреемница СССР, но внутри на официальном уровне поначалу советское прошлое осуждалось едва ли не сильней, чем в той же Украине. К этому прибавился «парад суверенитетов». Неясные отношения с собственным прошлым, настоящим и собственными регионами диктовали художникам Монетного двора в середине 1990-х годов свои ограничения.

На российских рублях отказались от изображения исторических деятелей. Дело даже не в том, что о многих из них оценки россиян принципиально разнятся. Сильные в то время регионы просто не согласились бы на изображение деятелей только русской культуры и истории. Поэтому людей заменили нейтральными городами. Но и эти города не так нейтральны как кажутся. На них нет ни одной столицы этнической автономии. В середине 1990-х годов хорошо понимали, что если сейчас на 100 рублях окажется Казань, то в Башкирии захотят увидеть на купюрах также и Уфу. Так российские рубли оказались символом не национального единства, а не симметричного характера федерации, когда автономии нет только у русских.

Об изображениях на российских рублях хорошо написал бывший президент Украины Леонид Кучма в своей книге «Украина — не Россия»: «Отбор персонажей для украшения денег — задача ужасно сложная, кандидатов всегда слишком много. Чаще всего сюда попадают деятели отечественной истории, герои, знаменитые политики и военачальники. Но в некоторых странах к фигурам национальной истории люди относятся настолько по-разному, что, от греха подальше, предпочитают изображать на деньгах ученых, писателей, художников, которые никого задеть не могут, или памятники, виды городов... По-настоящему политкорректно было бы изобразить на деньгах людей, символизирующих автономные республики России — Салавата Юлаева, Шамиля и так далее, да и русских не забыть. Но число республик так велико, что об этом не может быть и речи. Поэтому в России на деньгах изображают что-то архитектурно-скульптурное».

В тему: «Украина — не Россия»: чем отличаются две страны

На тех же страницах Кучма приводит пример 1000-рублевой купюры, на котором изображен памятник киевскому князю Ярославу. Автор прозрачно намекает, что под этим может скрываться имперская антиукраинская диверсия. По мнению Кучмы, князь Ярослав принадлежит только украинской истории и двум гривнам.

Но проблемы национальной идентичности в России настолько велики, что даже на максимально «никаких» деньгах нельзя избежать столкновений разных «правд» и событий, которые, по мнению государства, нужно помнить или забыть. Ставший хрестоматийным пример подобного столкновения в своей книге «Кривое горе», которая посвящена рефлексии русской культуры темы сталинских репрессий, приводит Александр Эткинд.

Оказывается, на 500-рублевой купюре 1997 года был изображен не Соловецкий монастырь, а первый советский политический лагерь — СЛОН (Соловецкий лагерь особого назначения). О нем Александр Солженицын писал в «Архипелаге ГУЛАГ»: «Архипелаг появился из моря». Бывший монастырь в 1920-е годы был переоборудован под лагерь, и ГУЛАГ начался именно там. Эткинд делает предположение, что на выбор изображения для купюры мог повлиять академик Дмитрий Лихачев, в прошлом зэк из СЛОН.

Чтобы заметить диверсию, у властей ушло больше десяти лет. Только в 2011 году была введена новая 500-рублевая купюра, на которой изображен уже не концлагерь, а монастырь. «В сентябре 2011 года банк выпустил новую версию банкноты, на которой теперь можно любоваться луковичными куполами Соловецкого монастыря. Банк не стал объяснять эти изменения, но их смысл очевиден: на российских деньгах нет места памяти о государственном терроре», — пишет Эткинд.

Кстати, с купюры 2011 года не убрали 1997 год — дату выпуска прежней купюры с концлагерем. Фальсификация истории может тоже находится в вашем кошельке.

Купюры номиналом 500 рублей образца 1997 года с изображением Соловецкого лагеря особого назначения и 2011 года с Соловецким монастырем

Коллаж Rodrigo Torres. Фото: Luciano Oliveira / A Gentil Carioca Gallery

Деньги после наций

После победы Дональда Трампа многие аналитики заговорили: национализм возвращается. К концу XX века, казалось, что не только эта идеология, но и сами национальные государства катятся к упадку. Стремительный рост Евросоюза, усиление процессов глобализации, наступление «безграничного» пространства интернета, казалось, ставят крест на этом наследстве XIX века. Но реальность оказалась сложнее. Британцы голосуют за выход из Евросоюза, на континенте побеждают евроскептики, а Россия перекраивает карту по канонам прошлого столетия.

Окажется ли это возвращение национализма серьезным политическим трендом или всего лишь временной реакцией на насаждение неолиберальной экономики и постмарксистских культурных дискурсов, покажет только время. Очевидно пока одно: национализму придется привыкать менять себя под требования технического прогресса, и создавать на его основе новые инструменты национального строительства.

Так сейчас в Швеции активно обсуждают перспективу к 2020 году полностью отказаться от наличных денег. У этого предложения немало критиков, но очевидно, что рано или поздно это произойдет не только в скандинавской стране, но и во всем мире. И возможно тогда государство будет настаивать, чтобы на банковских картах изображали царей, князей, ученых поэтов, ну или просто города.

Сергей Простаков, опубликовано на сайте Открытая Россия


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Последние новости

20:01
В четверг в Украине сухо, от +17 на севере до +22 градусов на юге (КАРТА)
19:40
Ежегодно территория Украины увеличивается на 8-10 гектаров благодаря Дунаю
19:20
5 лет понадобилось прокурорам, чтобы вернуть ВСУ 300 гектаров «приватизированного» полигона
19:01
США предложили Украине помощь в реформации насировщины и азаровщины
18:45
Барна солгал и таки написал заявление в ГПУ на митингующих, его опплевавших
18:29
Міжнародний трибунал оголосить вирок Ратко Младичу 22 листопада
18:01
Подконтрольная Коломойскому «Укртатнафта» подозревается в хищении из подконтрольного ему же Приватбанка
17:46
Російським банкам критично не вистачає валюти для виконання зобов’язань перед клієнтами
17:28
Уряд Польщі планує активно залучати українських медиків
16:58
Левочкину мерещатся киллеры Авакова, в МВД считают, что это бред уголовника, который должен «сесть»

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информац