«Дать бой гангстерскому государству Путина» - The Times

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Больше двух десятилетий британский истеблишмент отмахивался от предупреждений о российской угрозе. Таких людей, как я и мои друзья в Эстонии, Латвии, Литве и по всему миру, не принимали всерьез, считали параноиками, застрявшими в прошлом. Все считали, что Россия — это в худшем случае помеха, но никак уж не угроза.

Сейчас в Уайтхолле, как и в других европейских столицах, мало кто отстаивает такую точку зрения. Такие страны, как Швеция, для подхода которой к вопросам безопасности всегда была характерна невозмутимость, граничащая с безразличием, теперь готовятся к отражению подлинной и даже, как считают военные, неизбежной угрозы. Обсуждают восстановление призыва в армию. Возвращают на службу списанные береговые противокорабельных ракеты. включая пусковые установки, которые для этого забирают из военного музея.

В тему: Путин проговорился, что он фактически руководит вторжением на территории Украины

Россия перевооружилась до такой степени, что нам непросто будет защитить своих союзников на рубежах НАТО от военного нападения. Кремль разработал новые способы войны: пропаганду, кибератаки, экономическое давление и подкуп политиков.

Все это можно было увидеть в Восточной Европе в течение десятилетия или даже больше. Но мы не обращали на это внимания.

Теперь это оружие направлено на нас, и мы пытаемся что-то этому противопоставить. Представьте себе, что год назад кто-то сказал бы, что Россия может нагло вмешаться в ход президентских выборов в США и, возможно, даже изменить их результат, и что Америка окажется слишком смущенной и робкой, чтобы дать ответ. Над ним бы все смеялись.

Формально Россия намного слабее Запада, если судить по ВВП, военным возможностям, населению, союзникам. Режим Путина не смог диверсифицировать экономику, модернизировать инфраструктуру или создать эффективную систему государственной службы. Большую часть доходов от продажи нефти и газа разбазаривают или крадут.

Но у России есть большие и, возможно, решающие преимущества. Владимир Путин решителен, а мы — нет. Он согласен пойти на экономические лишения, мы — нет. Он готов нарушать правила, мы — нет. И он способен пойти на применение силы, мы — опять же нет.

Цель России — ни для кого не секрет. Она хочет перевернуть многостороннюю европейскую систему безопасности, основанную на общих правилах, которую она считает лицемерной и несправедливой. Вместо этого ей нужен мир двусторонних соглашений — по энергетике, по безопасности, по обороне, — где у России как у большой державы будет решающее слово.

Ее стратегия проста: разделяй и властвуй. Она вознаграждает некоторые страны — сейчас Венгрию с премьером Виктором Орбаном, на следующий год, возможно, Францию с президентом Франсуа Фийоном — за то, что они ей подыгрывают. Других она наказывает — пока это Грузия и Украина, вскоре, возможно, будут Эстония или Польша — за то, что те смеют сопротивляться.

И это срабатывает. Клей, на котором держится единство Запада, ослабевает. Как писала The Times в прошлую субботу, Совет национальной безопасности спешно переоценивает уязвимость Великобритании для российских кибератак, а в начале следующего года на заседании, посвященном этой теме, председательствовать будет премьер-министр. Но все это недостаточно и слишком поздно. Те, кто отвечает за безопасность страны, с опозданием начинают понимать, что Россия побеждает и будет продолжать побеждать.

Это первый шаг к осознанию положения, в котором мы находимся. Мы больше не можем надеяться на то, что нас защитит Америка. Наши худшие опасения относительно Дональда Трампа реализовались; скоро мы может обнаружить, что Америка вредит, а не помогает нашей безопасности. Легко представить, как США выкручивают руки своим европейским союзникам, чтобы те «действовали в соответствии с программой», демилитаризовали страны на восточном рубеже альянса, перестали поддерживать Украину и отменили санкции — и все это ради совместной российско-американской антитеррористической деятельности.

Выгоды от этого могут оказаться иллюзорными. Ничто не мешает России сотрудничать с Западом в борьбе с терроризмом прямо сейчас. А жертвы будущей «большой сделки» будут вполне реальны.

Нам нужно бороться, чтобы не допустить такого исхода. Но нужно и готовиться к худшему — к постатлантической Европе, где щупальца российского влияния обовьют многих из наших союзников по НАТО. Будет трудно, но катастрофу можно предотвратить. У нас есть все средства самозащиты. И у «прифронтовых» государств Европы — скандинавских, балтийских и Польши — суммарный ВВП больше российского.

Оборонные расходы этих девяти стран в сумме примерно равны половине российских. Но России приходится содержать «сверхдержавный» военный аппарат с глобальными претензиями. А «прифронтовым» государствам нужно только защищать себя.

Добавим к этому Великобританию с ее ядерным арсеналом, разведкой и возможностями «кибернетической сверхдержавы», а также еще нескольких союзников, таких, как Канада, и мы будем по-прежнему превосходить Россию на всех фронтах.

Но нам пора начинать пользоваться своими преимуществами. Самое большое из них — финансовое. Мы не можем помешать российским клептократам продолжать красть у их собственного народа миллиарды, но мы можем затруднить отмывание этих денег через нашу банковскую систему.

В тему: СССР хочет переиграть заново сценарий собственной гибели

Такой шанс даст поправка к закону о финансовых преступлениях, которую сейчас рассматривает парламент. Она названа именем Сергея Магнитского, российского юриста, которого забили до смерти в тюрьме после того как он раскрыл налоговое мошенничество на £150 млн. Часть этих денег преступники отмывали в Лондоне.

Если Тереза Мэй серьезно относится к защите своей страны, то правительственная поддержка этой межпартийной инициативы будет хорошим началом, особенно если она не станет прислушиваться к возмущенным воплям эгоистичных финансистов из Сити. Поправка позволит правительству и другим заинтересованным сторонам обращаться к суду с просьбой о замораживании активов в Великобритании, принадлежащих тем, кто имеет отношение к нарушениям прав человека.

Такая мера нанесет Путину удар в самое больное место. Причастные к преследованиям крымских татар или к жестокому обращению с украинскими узниками могут серьезно задуматься, если их личные финансы окажутся под угрозой.

В более широком смысле нужно объединить разные элементы в правительстве и обществе, которых касается российская угроза. К примеру, киберпреступлениями, в которым причастна Россия, должна заниматься не только система уголовного правосудия, так как те же самые хакеры могут работать в интересах разведслужб Кремля.

Наши банкиры, юристы, финансисты должны ответственнее относиться к выбору клиентов и инструкциям, которые те им дают. Наши университеты тоже уязвимы, как показал скандал с возможным российским спонсированием кембриджского семинара по безопасности.

Мы видим, что Россия вкачивает деньги в общественную жизнь других стран через СМИ, экспертные советы, политические и академические организации. Целью может быть сбор разведданных, продвижение российского влияния и другая вредоносная деятельность. То же самое пытался делать Светский Союз. Но сейчас мы куда менее осторожны.

Нам нужны четкие механизмы обмена информацией о российском вмешательстве в жизнь наших обществ; с угрозой необходимо бороться сообща. Это вполне возможно. Наши союзники в «прифронтовых государствах» видят российскую угрозу куда яснее, чем мы, и в том, что касается противостояния ей, они впереди нас. Нам стоило бы попробовать к ним прислушаться.

Оригинал статьи: Эдвард Лукас, «Мы должны дать бой гангстерскому государству Путина», The Times, 22 декабря

Перевод и публикация: Открытая Россия


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Система Orphus

Важно

Памятка потребителям при посещении оккупированных территорий Крыма

Предлагаем внимательно изучить советы и рекомендации перед принятием решения о совершении любых сделок в самом Крыму и с участием юридических лиц, осуществляющих деятельность на полуострове.

Памятка потребителям при посещении оккупированных территорий Крыма