Гражданин собеседник. Как в СИЗО КГБ Беларуси пытают «политических»

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:  ТАСС

«Боитесь, что отравим? Правильно боитесь» ... Отрывок из не изданной еще книги Андрея Санникова «Белорусская „американка“, или Выборы при диктатуре». Предисловие нобелевского лауреата Светланы Алексиевич.

 ЕВРОСОЮЗУ НА ЗАМЕТКУ

Европейский союз принял решение о приостановке санкций в отношении Беларуси на четыре месяца — об этом заявил госсекретарь Франции по европейским делам Арлем Дезир. "Мы приняли решение в свете освобождения нескольких политических заключенных и после выборов, которые прошли в мирной атмосфере«, — подчеркнул Дезир.

Вышесказанное — убедительное свидетельство того, что права человека становятся для евробюрократии пустым, но навязчивым звуком. Так вот, к сведению тех, кто рулит огромной чиновничьей машиной ЕС: описанное в публикуемой главе из книги Андрея Санникова — лишь первый круг ада из тех, что пришлось пройти ему и другим белорусским политзаключенным. О реабилитации политзаключенных, которой пять лет требовал Европейский союз, все благополучно забыли. О похищенных и убитых оппонентах Лукашенко — Юрии Захаренко, Викторе Гончаре, Анатолии Красовском — тоже. О пытках, которые применяются к политзаключенным в тюрьмах, вспоминают в Комитете по пыткам ООН, — но не в ЕС. И не важно, что Лукашенко в пятый раз назначает себя президентом, уничтожив само понятие выборов, — зато в Беларуси войны нет. Преступная логика.

ПРЕДИСЛОВИЕ 

«Вместе с палачами мы ездим в метро, сидим в кафе... Обычные люди... И так легко соскользнуть туда, к ним»

Светлана Алексиевич

Еще недавно мы были романтиками. Пели на кухнях бардовские песни и мечтали о свободе, но никто не представлял, что это такое — свобода. И никто не знал, что хочет народ, хочет ли он этой свободы или он хочет просто лучше жить. Иметь шенгенскую визу, потрепанную иномарку и отдыхать в Египте. Двадцать сортов колбасы и сыра. И это он будет называть свободой. Последние 20 лет отрезвили всех нас, наивных глашатаев перестройки, мы поняли, что путь к свободе будет долгим, всем нам потребуется мужество не меньшее, чем в коммунистическое время, а то и большее, потому что у тех, у кого сегодня власть, нет идеи, но есть собственность. Древний хищный инстинкт сильнее.

Автор этой книги — один из тех, кто бросил вызов новой авторитарной системе. Экс-кандидат в президенты Беларуси. За это его бросили в тюрьму, где он прошел все круги ада. Бесценное свидетельство. Очень современная книга, вы листаете страницу за страницей и с ужасом обнаруживаете, что Сталин, ГУЛАГ — это не история или не только история, нет, ничего не забылось, сталинская машина заводится мгновенно: опять те же стукачи, доносы и пытки.

Тот же всеобщий и разъедающий страх. Перед нами проходит целая узнаваемая галерея палачей. Каждый, как и полвека назад, нет уже больше — через семьдесят лет — делает свой выбор: остаться человеком или нет. Вспоминается формула Ханы Арендт «банальность зла», нет химически чистого зла, зло рассыпано, распылено в нашей жизни. Палач и вроде бы человек уживаются в одном теле: «Понимаете... у меня дети...», «Да, я голосовал за вас... Но подпишите этот протокол...», «Работа у нас такая...» Вместе с палачами мы ездим в метро, сидим в кафе, стоим в очереди в супермаркете... Обычный человек... Обычные люди... И так легко соскользнуть туда, к ним.

Самый большой писатель XX века Варлам Шаламов, отсидевший в сталинских лагерях семнадцать лет, говорил, что лагерь развращает и палача, и жертву. Это с нами и произошло, засело в генах. В это мы каждый раз упираемся, не можем вырваться из этой ловушки. Как будто рванули куда-то, и опять ничего не получилось. Хорошо что есть люди, готовые начать все с начала.

В тему: Варлам Шаламов: «Любой расстрел 37-го года может быть повторен»

Книга Андрея Санникова о том, что дьяволу надо показывать зеркало, чтобы он не думал, что он не видим. Иди и сторожи в себе человека — говорит автор.

Хочется верить, что когда-нибудь мой народ выберет именно такого президента. Выберет будущее.

«Боитесь, что отравим? Правильно боитесь»

ГЛАВА ИЗ КНИГИ АНДРЕЯ САННИКОВА

Начальник СИЗО КГБ полковник Орлов был моим самым частым «собеседником». Не только моим, но и всех политических. И не только оказавшихся в «американке» (СИЗО КГБ) после 19 декабря, но других. Анархист Игорь Олиневич, с которым мы сидели в «карантине» на «десятке» (колонии № 10), также рассказывал мне о своих беседах с Орловым. Игорь считал его незаурядным психологом, хорошо подготовленным для обработки арестантов. Наверное, так и есть. <...>.

Орлова назначили начальником «американки» 20 декабря (2010 года), в самый разгар арестов. Понятно было, что назначили специально для нас, арестованных за Площадь. Когда меня первый раз завели к нему в кабинет, расположенный на нижнем этаже «американки», он меня поразил своей нелепостью и несоответствием мрачной «американке». Я увидел небольшого, нервного, даже суетливого человечка, одетого «по гражданке», который то и дело выскакивал из-за стола, бегал по кабинету, потом усаживался за стол, изображал важность. Жидкие волосы, редкие зубы, большой нос и тщедушность никак не соответствовали образу грозной силы, во власти которой я находился.

Орлов предложил чаю, я отказался.

— Боитесь, что отравим?

— Да нет, брезгую.

— Правильно боитесь, — Орлов предпочел не расслышать мой ответ, — у нас это дело хорошо поставлено. А может, все же выпьете? Не люблю один чаи гонять...

Я попросил воды. <...>

Внешний вид и манера поведения Орлова отчетливо говорили о том, что он обременен большим количеством комплексов. Он часто истерил, то вдруг впадал в какой-то кондовый пафос. Несколько раз заявлял, что уйдет с оружием в леса, если к власти придут такие, как мы. Я ему на это отвечал, что это он опасен для общества, а мы как раз являемся убежденными сторонниками ненасильственного сопротивления. "А у меня рука не дрогнет«, — гордо отвечал Орлов, видимо, представляя себя в землянке, в папахе с биноклем и смартфоном.

Говорил Орлов много, врал постоянно. У него не было никакого зазора между ложью и правдой. Поэтому разбираться и анализировать его словесные потоки у меня не было ни сил, ни желания. Та информация, которая была нужна мне и полезна, как-то сама вываливалась из его речей. <...> В самом начале он заявил, что его никак не интересует ни следствие, ни само уголовное преследование. Начальник СИЗО откровенно признался, что в его обязанности входит подготовка заключенных к допросам, их физическая и психологическая обработка. В ходе этой обработки он и поставлял полезную информацию, специально или случайно — не имело значения.

Так я узнавал, что Данька (сын Андрея Санникова и Ирины Халип. — Ред.) дома с бабушкой и дедушкой, что оформление опекунства продолжается. Узнал, что Ира в одной камере с Настей Положанкой, что Николай Статкевич прекратил голодовку (я даже не знал, что он ее объявлял), что у Владимира Некляева был криз.

Орлов так настойчиво убеждал меня, что про нас все забыли, что выборы признаны всем миром и ОБСЕ, что нас воспринимают в лучшем случае как хулиганов, что я понимал: давление на режим идет нешуточное. Орлов не успокаивался и как-то лично принес мне в камеру данные социологических опросов НИСЭПИ (Независимый институт социально-экономических и политических исследований — Ред.). <...>. По данным этого опроса, который был проведен после выборов, побеждал Лукашенко, набравший 51% голосов. Сама цифра настолько труслива, что в комментариях не нуждается. <...> Какой еще опрос, кроме угодного властям, мог принести начальник СИЗО КГБ?

Когда появились «маски» и начали наводить свои звериные порядки в «американке» после одного из дней повышенной активности, тогда и мне досталось не на шутку, Орлов несколько испуганно сообщил мне, что некоторые контролеры в СИЗО действуют достаточно автономно. Я понял, что он хочет откреститься от буйного поведения «масок» и почти открытым текстом говорит мне, что они ему не подчиняются.

Когда я сказал Орлову, что принудительный просмотр по внутреннему телевидению программ фашистского, антисемитского характера, бесконечных сцен насилия — это не только пытки, но и уголовное преступление, Орлов тут же с готовностью сообщил, что составлением программ для нашего «перевоспитания» занимается Институт национальной безопасности, и он обязан придерживаться разработок института. Инаугурацию Лукашенко показывали раз пять. Когда я не выдержал и спросил Орлова «сколько можно?», он ответил: «Ну вы же постоянно отворачиваетесь».

Начальник СИЗО очень любил обсуждать поведение в тюрьме других политзаключенных. Такие беседы он, видимо, вел со всеми, пытаясь поточнее определить взаимоотношения между нами. Я для себя сразу решил, что Орлов врет, и поэтому не откликался на его навязчивые попытки посудачить о других, реагировал только на сведения об Ире. Здесь я мог отличить ложь от правды.

Иногда удавалось чего-то добиться полезного. Ошалев от помойных передач по «Орлов‑ТВ», я предложил начальнику СИЗО показать нам что-нибудь, что будет качественно прославлять работу гэбэшников, а то от низкокачественных фальшивок про обнаружение и поимку шпионов уже воротит. Нам показывали какие-то псевдодокументальные фильмы про доблестные органы. Я предложил показать «Апостола», 12‑серийный российский фильм о внедрении и работе в тылу врага. Попытка сработала, и несколько дней мы смотрели действительно хорошее кино, по серии в день. Правда, и здесь не обошлось без гэбэшных пакостей: заключительную серию с развязкой нам так и не показали.

С «киносеансами» был еще один курьезный случай. Как-то вечером показали «Шерлока Холмса». Почему-то мы включили телевизор, когда уже полфильма прошло. Мне очень хотелось посмотреть его весь, и я сказал сокамерникам, что у меня есть важная информация в связи с этим фильмом, но я смогу ее сообщить, если посмотрю фильм сначала. На следующее утро, в неурочное время фильм запустили вновь. Досмотрев его до конца, я рассказал сокамерникам, что начальство допустило «прокол». Джуд Лоу, который сыграл в фильме доктора Ватсона, активно поддержал политзаключенных Беларуси (об этом я узнал от адвокатов), внесен в «черные списки», и фильмы с его участием запрещены к показу на территории Беларуси. Начальство день думало, ничего не придумало и поступило самым странным образом: вечером в телевизоре вновь появился «Шерлок Холмс». Я с удовольствием посмотрел его и третий раз.

Джуд Лоу очень веселился, когда я при встрече рассказал ему эту историю.

Орлов частенько провоцировал меня на конфликт, начинал вдруг истерить, явно рассчитывая на мою ответную реакцию. Как правило, поводом для его истерик служило какое-нибудь мое высказывание о диктатуре, о слугах режима. Его это бесило. Он бегал по кабинету, угрожал, но и выдавал какие-то факты из своей биографии. Так я узнал, что до СИЗО КГБ он был армейским особистом, самой ненавидимой в армии категорией военнослужащих. Бывал он в горячих точках, сокрушался по поводу развала СССР, ненавидел своего предшественника на должности начальника СИЗО, наслаждался тем, что имеет власть над людьми.

Садистские наклонности по отношению ко мне Орлов проявил, когда меня схватил сильнейший приступ подагры. Я с этой болезнью впервые столкнулся в «американке». Правая нога распухла, став толще обычного в два раза. Началась лихорадка и сильные боли. Ходить я не мог, прыгал на одной ноге. А надо было выходить в туалет, в камере унитаза не было. От боли темнело в глазах, помощь оказали не сразу. Я, честно говоря, испугался, не мог понять, что с ногой. Даже подумал, а вдруг это и есть гангрена. О гангрене, как и о подагре, я имел весьма смутное представление. Требовал госпитализации, очень уж нелегко было переносить боль. В госпитализации мне отказали.

В этот период Орлову нравилось вызывать меня к себе на разговоры. Я кое-как сползал по крутой железной лестнице в наручниках, допрыгивал до его кабинета и почти ничего не слышал из того, что он мне говорил: пытался как-то унять пульсирующую боль. Орлов участливо спрашивал о здоровье, но в госпитализации отказывал. Правда, обещал распорядиться, чтобы нашу камеру несколько дней выводили в туалет на том же этаже и не заставляли спускаться вниз (в «американке» было два туалета для арестантов на разных этажах). Еще Орлов, также «заботясь» о моем здоровье, распорядился не принимать у мамы продуктовую передачу. Я могу себе представить состояние мамы, когда она принесла продукты в СИЗО, а ей сказали, что не примут и ничего не объяснили. Что она должна была подумать, если уже несколько недель со мной не было связи? Потом, правда, над ней сжалились и разрешили передать вареную колбасу и творог. Так она хотя бы узнала, что я жив...

СПРАВКА

Фото: ТАСС

Андрей Санников (Минск, 1954 год) — белорусский политический и общественный деятель, кандидат в президенты Республики Беларусь в 2010 году.

В 1977 году окончил переводческий факультет Минского государственного института иностранных языков. В 1989 году — дипломатическую академию Министерства иностранных дел СССР в Москве. В 1995–1996 годах — заместитель министра иностранных дел Беларуси. Имеет ранг чрезвычайного и полномочного посла.

В ноябре 1997 года Андрей Санников выступил одним из инициаторов «Хартии’97». Под текстом документа подписались более 100 тысяч белорусов.

18 ноября 2010 года был зарегистрирован в качестве кандидата в президенты Беларуси. Задержан вместе с женой Ириной Халип в ночь с 19 на 20 декабря после разгона властями митинга против предполагаемой фальсификации итогов президентских выборов.

14 мая 2011 года Партизанский районный суд Минска признал Андрея Санникова виновным в организации беспорядков и приговорил его к 5 годам лишения свободы в колонии усиленного режима.

14 апреля 2012 года был досрочно освобожден. В октябре этого же года получил политическое убежище в Великобритании.

Опубликовано в издании Новая газета


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Последние новости

20:01
Погода в Украине в среду будет такой же, какой была во вторник (КАРТА)
19:40
Санкции действуют: у России нет денег на запланированный переезд Верховного суда в Санкт-Петербург
19:20
Українську мову викладатимуть у Стамбульському університеті
19:01
«Запад-2017»: бомбёжки авиации ... партизан и небывалые продажи водки в магазинах возле российских лагерей
18:41
ЄСПЛ в пріоритетному порядку розгляне скаргу Хімікуса на неефективне розслідування ГПУ
18:40
Кононенко нацелен на отъем газовых активов государства - СМИ
18:25
Проти Холодницького відкрита справа за зволікання розслідування по Злочевському, — ЦПК
18:13
Українські заробітчани в Польщі перерахували на батьківщину $2,2 млрд
17:55
Проект оборонного бюджету США на 2018 рік розширює можливості протидії пропаганді та дезінформації
17:47
МВС перекидає додаткові сили Нацгвардії в Одеську область

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимс