Иса Акаев: «Чтобы россияне слышали дипломатов, им сначала надо разбить лицо в кровь»

Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Семь лет назад Россия оккупировала Крымский полуостров. Тысячи крымчан были вынуждены покинуть свой дом и переехать на материковую Украину. Между тем в Крыму россияне совершаютре прессии, 158 крымских татар незаконно удерживают в тюрьмах РФ.

Часть татар в 2014 году пыталась противостоять захвату Крыма, пошли на фронт - возвращать Крым через Донбасс. Тогда появился добробат "Крым". Его командир - Иса Акаев, до войны бывший инженером-строителем и бизнесменом. В издание  LB.UA поговорили с ним о возвращении Крыма.

Іса Акаєв

Иса Акаев. Фото: krymr.org

"Какой ты татарин? Крымский? Сынок, таких татар не бывает”

- Вы родились не в Крыму. Семью вашего отца депортировали во время Второй мировой войны. Когда вы впервые попали в Крым?

- Я родился в Самаркандской области (ныне Узбекистан), в совхозе Заравшан. Туда депортировали мою семью. Впервые попал в Крым летом 1979 года, в 14 лет. В Евпатории был пионерский лагерь "Юный ленинец". Мне удалось туда попасть, у меня были хорошие оценки в школе. Евпатория - родина моей матери.

На эту тему: Депортация крымскотатарского народа - как это происходило

В 1967 году была первая попытка возвращения крымских татар в Крым, несколько десятков семей смогли там закрепиться. Среди таких семей была сестра моей бабушки. Она жила в селе Нива Раздольненского района. Я к ним приезжал, и они меня навещали. Тогда я впервые задумался, почему крымские татары не живут в Крыму.

В Советском Союзе была такая практика - проводить дни национальной культуры. Рассказывать стихи, готовить национальные блюда. И у меня спросили, какой народ я представляю. Я ответил, что крымских татар. У нашей воспитательницы изменилось выражение лица, аж брови на лоб полезли. Она у меня спрашивает: "Какой ты татарин?" Я ей опять отвечаю: "Крымский". А она говорит: "Сынок, таких татар не бывает, тебя кто-то обманывает. Вот есть татары в Татарстане, есть в Казани. Это татары. В Крыму никогда татары не жили".

- Вы потом говорили об этом с родителями?

- Да. Но до того родители меня ограждали от этой информации. Я даже и не подозревал о депортации. 

Повернення кримських татар на Батьківщину

Возвращение крымских татар на Родину. Фото: facebook.com/menan.samir

- А когда удалось окончательно вернуться в Крым?

- В начале 90-х годов, перед провозглашением независимости. В конце 80-х начались различные митинги, ездили делегации в Москву с требованием вернуть крымских татар домой и провести их реабилитацию. Я начал втягиваться в это движение. И тогда уже крымские татары начали без разрешений массово возвращаться в Крым. Люди пытались возвращаться туда, где жили их родители, но к тому времени прошло уже 40 лет, и найти своих родных было нереально.

- После возвращения в Крым вы испытывали давление со стороны России?

- Постоянно. Для россиян мы не были нормальными людьми. Они поддерживали тех, кто был согласен с планом русификации и растворения нашего народа в общероссийской массе. А традиционалисты, выступавшие за сохранение своего языка, культуры и религии, постоянно чувствовали давление.

Были группы, которые пытались создать какое-то сопротивление, но это было невозможно. Крымским татарам купить даже охотничье оружие в Крыму было практически нереально.

А вы думали, что придется брать в руки оружие?

Гипотетически - да. Где-то в 2000-х постоянно приходилось слышать от любителей "русского мира", что в России все хорошо, люди богатые, а эта Украина никому не нужна. И что Крым рано или поздно перейдет к России.

Особенно в 2010-2014 годах было очень сильное давление со стороны России. Появились всевозможные пророссийские организации, “русские общины”, “казачество кубанское”. И постоянно были стычки крымских татар с русскими. С украинцами всегда все нормально было.

Самооборона Криму

Самооборона Крыма. Фото: news.pn

"В СБУ заправляла ФСБ, и для них я был опасен"

- Помните период с 20 февраля по 18 марта 2014 года?

- Когда начались схватки на Майдане, Hromadske дома не выключал. На улице в Крыму начал чувствовать, что что-то плохое происходит. Появились странные люди, которые косо смотрели. Однажды был у друга в гостях и заметил, что за нами постоянно ездит машина. Потом увидели военные колонны у Симферополя, БТРы. Тогда с ребятами начали создавать движение сопротивления, потому что это уже было похоже на оккупацию. Молодежь начала делать коктейли Молотова. В местах, где компактно проживали крымские татары, создавали патрули.

- Вы боялись, что россияне придут снова выселять крымских татар?

- Мы предполагали, что как только начнется оккупация, свою злость россияне направят в первую очередь против крымских татар.

- Когда вы приняли решение уехать из Крыма?

- 26 февраля. Тогда уже начали ходить за мной люди, даже не скрываясь. И защититься не мог, потому что они преследовали меня по 5-6 человек. Потом уже, когда воевали, приехал в Винницу, там был центр волонтеров. Встретил земляка из Крыма, а он раньше работал в крымском СБУ и остался верен присяге. Он увидел мою машину и спросил: "Так это твоя машина? Ты у нас был на карандаше, тебя хотели арестовать". На тот момент в СБУ уже заправляла ФСБ, и для них я был опасен. Через некоторое время у меня сломался бампер на этом автомобиле: когда его снимали, нашли трекер.

Фото: facebook / Isa Akaev

"Россия не та страна, с которой можно договориться"

- В 2015 году в одном из интервью вы говорили, что Крым надо отвоевывать. Сейчас думаете так же?

- Продолжаю думать так же. Рано или поздно до этого дойдет. Просто так Крым не вернуть.

- Дипломатически не решить этот вопрос?

- Нет. Россия не та страна, с которой можно договориться.

- Не верите в Крымскую платформу?

- Уже семь лет говорим, что надо вернуть Крым. На всех уровнях и на всех платформах. Что-то изменилось? Ничего. Россияне стояли на своем, так и стоят. Весь мир говорит им, что они не правы и должны вернуть нашу землю, а они просто это игнорируют. Чтобы россияне слышали дипломатов, им сначала надо разбить лицо в кровь. Только потом говорить.

- Нет ли у вас ощущения, что Украина "забила" на Крым?

- Неправильно поставленный вопрос. Руководство Украины. Иногда действительно есть такое ощущение.

Фото: Lb.ua

На эту тему: С начала аннексии Крыма около 20 тысяч крымских татар покинули полуостров

"Вы хотите дать им оружие? Завтра они используют его против нас”

- Как к вам пришла идея создать батальон "Крым"?

- Когда только переехали на материковую Украину, была апатия. Не хотелось ничего делать. Хотелось просто взять семью и уехать жить в Турцию. Также ожидал, что в Украине к нам будет такое же отношение, как в Крыму. Когда выехал из Крыма, сразу поехал с ребятами в Киев. Там встречался с Мустафой Джемилевым и военным руководством, чтобы организовать движение сопротивления оккупации Крыма. Нас просто не услышали.

У нас также была встреча с Виталием Яремой (вицепремьер в правительстве Яценюка, в то время координировал силовой блок, - LB.ua). Тогда услышал такую фразу: "Вы хотите дать им (крымским татарам, - LB.ua) оружие? Завтра они используют его против нас".

На эту тему: Генерал Виталий Ярема, обычное хамло. Публичная истерика коррупционера

Мне было неприятно. Если бы мы хотели направить оружие против Украины, то россияне нам быстро дали бы его. 

После этого поехали с ребятами в Винницу. Тогда появился этот Семен Семенченко. Мы подумали, а чем мы хуже? Почему бы не начать возвращение Крыма из Донбасса? Если освободить Донбасс, то дальше точно будет Крым. 

Мне организовали встречу с Алексеем Арестовичем. Что бы сейчас о нем ни говорили, но тогда он нам помог. Он переговорил с Юрием Березой, тогда комбатом батальона "Киев-1". Нам предложили создать подразделение на базе их батальона. Но все это затягивалось. Нас поселили у госпиталя в Днепре. Смотреть, как привозят раненых, и не помогать на фронте мы просто не могли.

Тогда Арестович познакомил нас с разведчиками, и из крымчан было создано наше диверсионное подразделение. Нас было 50, мало для батальона, но тогда было модно называться батальоном. Так и был создан батальон "Крым".

Бійці батальйону «Крим», у центрі (за прапором) командир Іса Акаєв

Бойцы батальона «Крым», в центре (по флагом) командир Иса Акаев. Фото: krymr.com

- Это были только крымские татары?

- У нас не было такого, чтобы воевали только крымские татары. Брали всех крымчан, которые были готовы вместе с нами защищать Украину. Когда выходили из Саур-Могилы, к нашему подразделению присоединились ребята из других подразделений, которые отбились от своих. И вот они мне говорили, что после того, как нас встретили, у них изменилось отношение к мусульманам и крымским татарам. 

- Расскажите, пожалуйста, о боевых действиях на Донбассе.

- Наша, украинская сторона всегда пыталась соблюдать правила во время боевых действий. Война войной, но есть какие-то моральные и этические рамки, которые нельзя переходить. Для россиян таких рамок просто не существует. Когда держали оборону на Саур-Могиле (несколько километров до границы с Россией), они ночью выезжали и, не пересекая границы, стреляли по нам из "градов". Ночью страшно было. И там особо не "закопаешся", потому что это скала. Наши окопы можно было просто ямами назвать.

- Саур-Могила - это ключевая точка. Господствующая высота. Что вы почувствовали, когда вам дали команду отступать?

- Неприятное было ощущение. Для любого военного это тяжело - оставлять то, за что боролись. Тем более, когда есть люди, которые за это погибли или получили ранения. Это очень неприятно. Мягко говоря.

Фото: facebook / Владислав Борисовский

- Сейчас на Донбассе воюют крымские татары?

- Да. Есть бойцы в ВСУ. 

- Сколько их?

- Это сложно сказать. Думаю, около сотни. Лично знаю несколько десятков ребят. Есть даже несколько офицеров.

"До сих пор ни один из наших бойцов-добровольцев статуса участника боевых действий не получил"

- Бойцы батальона "Крым" до сих пор не получили статуса участников боевых действий. На какой стадии сейчас этот вопрос?

- До сих пор ни один из наших бойцов-добровольцев статуса участника боевых действий не получил. В нашем батальоне есть представители других стран, которые воевали. Срок их пребывания в Украине завершается, а потому, что они воевали, их разыскивают в тех странах, откуда они родом. Среди них россияне, которых там уже объявили в розыск. Их даже Интерпол объявил в розыск. Таких у нас пять человек. 

Нам предлагали получить УБД через суд, но мы принципиально отказались. Судиться с государством, которое ты защищал с оружием, как-то неэтично. Две недели назад у нас была встреча в Офисе Президента с помощниками Ермака. Обещали помочь.

- Государство помогает с реабилитацией?

- Тем, кто служил на контракте в ВСУ. Добровольцам помогают волонтеры. У нас есть парень, который получил очень тяжелое ранение в голову, пришлось даже удалять часть мозга. Большое спасибо волонтерам и всем врачам, которые его лечили.

- В прошлом году вы стали одним из соучредителей ветеранской организации "Qirim Gazi". Что она будет делать?

- Хотим объединить всех крымских татар, воевавших с Россией. Впервые за 200 лет нашему народу дали возможность с оружием в руках бороться с Российской империей, поэтому хотим собрать истории всех, кто воевал. Затем на основе этих историй воспитывать нашу молодежь. Создавать программу национально-патриотического воспитания крымских татар. Мужчина - это в первую очередь воин. И если пришла беда, его задача - защитить свой дом.

Фото: facebook / Roman Kowalski

- Являетесь ли вы частью всеукраинского ветеранского движения?

- У нас есть коммуникация с другими ветеранскими организациями. Ищем точки пересечения. Несмотря на то, что у нас пока нет общих проектов, однозначно наша организация - это часть всеукраинского ветеранского движения. 

То, что мы крымские татары, не означает, что мы лучше других или хуже. Просто впервые мы можем сказать, что мы - крымские татары. У нас свои традиции, язык, культура. Но мы часть украинского общества. И такие же украинцы, как и все.

Да, у нас другая религия и этническое происхождение, но мы одна страна, и вместе украинцы и крымские татары должны эту страну защитить. Если не объединиться, нас расколют и натравят друг на друга. Украина может стать примером страны, где мусульмане и христиане живут мирно и вместе развиваются, а не воюют.

Также у нас есть идея создать ассоциацию ветеранов, которая объединит военных Турции, которые воевали в Сирии и Ираке, ветеранов Азербайджана, которые воевали в Карабахе, ну и наших крымских татар, которые воюют в Украине. Для поддержки семей погибших, людей, получивших инвалидность вследствие боевых действий.

Фото: day.kyiv.ua

"Для крымских татар Крым - это больше, чем территория"

- В одном из интервью вы говорили, что имеете мечту - построить поселок для крымских татар на материковой Украине.

- Эта идея со скрежетом, но движется. Недавно под это один бизнесмен в селе Немешаево Киевской области подарил нам три гектара земли. Сейчас пытаемся начать с этого. Хотим сохранить свой язык, чтобы крымские татары вместе компактно проживали и могли практиковать свой язык. Если есть свое поселение, можно построить мечеть. Все будут ходить на пятничную проповедь. А так, если в одном селе живет пять человек, в другом - шесть, мечеть строить не будешь.

- Есть ли проблемы у крымских татар с интеграцией в других городах Украины?

- Дело не в интеграции. Интеграция не означает ассимиляцию. Крымские татары готовы интегрироваться в украинское общество. Но мы такие, какие есть. Мы не хотим, чтобы под нас кто-то подстраивался. Мы не противопоставляем себя украинскому обществу. У нас разница в языке, религии, этнической принадлежности. Эти нюансы должны учитываться. А так - проблемы, общие для всех переселенцев. Это отсутствие жилья.

- 158 представителей крымскотатарского народа незаконно удерживают в Российской Федерации. Как живут крымские татары в оккупации?

- Большинство людей - очень трудно. В том числе мои родственники, что там остались. Когда я сделал выбор - воевать против российской оккупации, большинство меня поддержало. Они очень горды, что член их семьи с оружием в руках защищает свою страну.

Сейчас в Крыму происходят очень страшные вещи. Член нашего подразделения в 2015 году летом поехал туда. У его отца был инсульт, и он хотел навестить. Пустили его очень легко. Но вечером, когда он с братом шел в мечеть, их схватили и бросили в машину. С тех пор никто не знает, где они и живы ли.

Фото: facebook / Крымская солидарность

- Готовы ли крымские татары, что там остались, покинуть оккупированную территорию?

- Все там сейчас есть, они останутся до последнего. Это очень трудно объяснить. Когда бабушка и другие пожилые люди рассказывали мне о Крыме, я никогда их не понимал. Они говорили о Крыме как месте, где вода мокрее и трава зеленее. Когда приехал в Крым, этого не увидел. Солнце, фрукты, лес, море были те же, но бабушка видела их иначе. В 2014-м, после того как оставил Крым, начал их понимать. Для крымских татар Крым - это больше, чем территория.

На эту тему: «Нечеловеческие сроки». Рассказы жен крымскотатарских политзаключенных

- Призывает ли Россия крымских татар в армию? И идут ли они служить?

- Да, призывает. Есть даже те, кто уже служит. Это не добровольно, вариантов немного. Особенно после начала пандемии стало труднее выезжать из Крыма. Отправляют чаще всего на Кавказ, но говорят, что уже даже бывает и в Сирию. В России такая практика. Мусульман натравливать на мусульман.

- Каким вы видите свое будущее и будущее своей семьи?

- Во-первых, мое будущее в Украине. Не хочу уезжать. Надеюсь, что все изменится к лучшему. Двое моих детей учатся в Турции. Там есть программа, по которой крымские татары могут учиться бесплатно. Они там неплохо подтянули язык и вопросы религии. Я очень надеюсь, что отношения между Турцией и Украиной будут налаживаться. Там проживает большое количество крымских татар. Всегда, когда украинцы объединялись с крымскими татарами, но и при поддержке османов - мы побеждали. Так, были конфликты, но надо взять то, что нас объединяет.

У меня есть знакомый журналист из Польши. Мы познакомились на войне. Часто общаемся. Если объединиться Литве, Латвии, Эстонии, Польше, Украине, Беларуси и Турции - это будет очень сильный союз. Вместе мы сможем взять лучшее, что есть на Западе, и отказаться от того, что есть на Востоке.

- Когда вы наконец вернетесь домой в Крым, что вы прежде всего сделаете?

- Возьму машину, посажу туда свою семью и поеду к своим родным. Хочу навестить своих стариков, которых уже давно не видел. Еще несколько лет, и мое поколение станет сстарейшим в нашем роду.

Фото: Эльвира Сагирман

Андрей Оленин,  опубликовано в издании LB.UA


На эту тему:

 


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  [email protected]