Комбриг Владислав Клочков: «Совесть моя чиста, я выполняю свой долг и за мною правда»

Версия для печатиВерсия для печати
Фото:   Комбриг Владислав Клочков

А повышенное внимание противника к моей скромной персоне подтверждает, что действию правильно и, насколько это возможно, эффективно ... Мы ведем усиленную подготовку личного состава к наступательным, рейдовым действиям«.

10 мая — день создания 93-й отдельной механизированной бригады. Тиждень подготовил эксклюзивное интервью с комбригом Владиславом Клочковым.

— Какой была служба в украинской армии к началу войны на Донбассе?

— Когда принимал присягу, не верилось, что придется выполнять прописанные там строки в реальной жизни. Украина была чрезвычайно далека от войны, а перспективы службы сводились к стремлению заработать денег в миротворческих миссиях, получить от государства жилье и право на особую пенсию.

Не новость, что армия тогда почти не обеспечивалась. Как-то мне пришлось принять участие в батальонных учениях, и это действительно было предметом гордости. Ведь большинство сослуживцев не видели даже ротных учений, не говоря уже о бригадных, которые были в то время выдающимся событием для Вооруженных Сил.

В тему: Утраченная армия обретенной державы

Для сравнения: только за время моего командования 93-я бригада трижды в полном составе разворачивалась на полигоне для выполнения боевых стрельб. Я не говорю об отмобилизации, двух выходах из района боевых действий с постоянным улучшением нормативов того, что раньше казалось утраченными навыками.

— Когда вы лично почувствовали, что на Донбассе началась полноценная война?

— Лично у меня сомнения исчезли, когда в 92-ю бригаду привезли из-под Славянска тело убитого в апреле 2014 года капитана Биличенко из эсбэушной «Альфы». То есть это уже не мирные митинги и общественные беспорядки. Война. Необычная, подлая, когда противник не бьется честно в поле, а прикрывается женщинами, стариками, детьми.

Проблемы посыпались, как из ящика Пандоры. Техника не готова, карты не соответствуют действительности. Например, дорога топографически должна быть, а в реальности там уже водохранилище. Мосты и станции не приспособлены к перевозке техники. Добавьте к этому блокировку путей, когда непонятно, кто перед тобой: наши граждане или противник. Я уже не говорю о катастрофической нехватке приборов ночного видения, тепловизоров, надежной транкинговой связи ... Вылезли и бытовые вопросы, начиная с еды, носков и средств гигиены для бойцов и заканчивая спальными мешками и бронежилетами.

Если бы не мощная поддержка народа, массовое волонтерское, добровольческое движение, не знаю, удержались бы тогда ... Да и врагу стало понятно, что одно дело — воевать с армией, которая десятилетиями деградировала, или со слабыми государственными институтами, а совсем другое — с целым народом.

Пока Вооруженные Силы приходили в себя, отправляя батальонные группы из более или менее подготовленных контрактников «латать дыры», фронт держали простые граждане. Волонтеры везли все: от формы до дорогих приборов и техники. Добровольцы взяли в руки оружие.

Считаю, что именно плечо сознательных патриотов, подставленное армии в нужное время, ощущение поддержки тыла, собственного народа вдохновили Вооруженные Силы, открыли второе дыхание: для воина важно знать, за что и, главное, за кого он бьется и рискует жизнью. И это был маркер для врага: Украина не будет сдаваться, оккупанта ждет бескомпромиссное перманентное сопротивление.

— 10 апреля 2015 года вас назначили командовать 93-й отдельной механизированной бригадой. С какими проблемными вопросами вы сразу столкнулись?

— Я прекрасно представлял, какая ответственность меня ждет. 93-я бригада в 2014 году побывала почти везде, от Луганщины до Донецка. Освобождение городов и поселков, бои под Иловайском и в Донецком аэропорту. На момент моего назначения бригада выполняла боевые задачи на участке фронта от Верхнеторецкого до Песков. Три механизированные и 11-й, 20-й и 22-й мотопехотные батальоны держали в то время все Донецкое направление.

Чтобы вы представили интенсивность тогдашних боевых действий, скажу, что суточная норма составляла до 57 мощных обстрелов по бригаде. Двигаться вперед не было возможности, поэтому прежде всего усиливали оборону, сдерживали противника в условиях мощного огневого воздействия и улучшали системы управления, технического и материального обеспечения. Плюс занимались легализацией добровольческих батальонов.

Враг не имел решающего преимущества в людях или технике, однако, в отличие от нас, у него были развязаны руки. Никаких соглашений и договоренностей он не соблюдал. А мы были должны. Потому что мы не такие, как они. Мы не террористы, а защитники своей земли. Мы форпост цивилизации. Поэтому была избрана тактика активной обороны и контрмер, которая и использовалась год, до апреля 2016-го.

Постоянные обстрелы боевиков и редкие вылазки, если не принимать во внимание события под Марьинкой, — с такой реальностью мы прожили на Донетчине год.

— О роли 93-й бригады во время наступления боевиков на Марьинку известно немного ...

— 3 июня 2015 года с 3 до 8 часов утра по нашим позициям в Песках велся шквальный огонь из артиллерии, танков и «Градов». Что будет дальше? Наступление? Враг банально отвлекал нас от направления своего главного удара на Марьинку, сковывал.

За часы мощного обстрела у нас не было даже контуженных. То есть выстроенная система обороны полностью оправдала себя. Снаряды расковыряли землю, но наша пехота не пострадала и не дрогнула. Параллельно мы наблюдали значительное накопление техники и живой силы противника в районе Путиловской развязки, слушали радиоперехваты. Вырисовалась очевидная картина: путинцы, атакуя Марьинку, нацелились и на Авдеевку. Что было бы дальше, нетрудно предсказать: нас окружили бы с последующим выходом в район Карловского и Кураховского водохранилищ. Классические клещи. Котел.

В тему: Как изменилась армия за три года АТО — глазами волонтера

Мы слышали в эфире, что пехота боевиков пошла в атаку правее на позиции 28-й бригады. Слышали, как покойный Гиви интересовался успехами «коллег» и ждал своего выхода на сцену.

Не очень приятно говорить, но разрешения на открытие огня я не дождался ... Времени на сомнения не было. Принял решение и задействовал артиллерию с реактивными системами залпового огня. Фактически колонна техники противника, которая ждала случая отправиться на Авдеевку, была сожжена на старте.

Что было дальше, известно. Резервов у террористов не осталось. Под Марьинкой их разбили на глазах у всего мира. Это был переломный момент, когда враг таки дошел до того, что стало очевидным еще в Первую мировую: подготовленную оборону пробить невозможно. Особенно когда те, кто защищается, имеют высокую мотивацию и получили боевой опыт. С тех пор противник потерял желание экспериментировать с наступательными операциями, а вспышки активности на Донбассе превратились в ожесточенные бои за отдельную высоту, лесополосу или дом лесника.

— Именно на Донецком направлении появился термин российской пропаганды «каратели полковник Клочкова», а затем против вас возбудили уголовное дело в России. Как вы это воспринимаете?

— Я был готов к адресному психологическому воздействию, обвинениям и манипуляциям, угрозам лично мне и моей семье. Это война, я офицер, поэтому представляю все возможные последствия. Совесть у меня чиста, я выполняю свой долг и за мною правда. А повышенное внимание противника к моей скромной персоне подтверждает, что действию правильно и, насколько это возможно, эффективно.

— После боев на Донецком направлении бригада перешла к обороне Луганщины. Насколько там отличались условия боевых действий?

— Под Донецком очень плотная застройка, населенный пункт на населенном пункте. Есть большой риск непреднамеренного поражения гражданских лиц, чем и пользуются террористы, когда ведут огонь из детских садов, дворов многоэтажек.

Такие крупные агломерации, как Донецк, нецелесообразно брать штурмом. Даже не из-за опасности потерять управление уличными боями, а из соображений сохранения жизни граждан, проживающих на временно оккупированных территориях. Осада, изоляция, огонь только по выявленным проверенным целям — единственный, по моему мнению, выход.

Луганщина другая. Театр военных действий с естественными препятствиями в виде рек и густых лесов. Идеальные условия для деятельности диверсионно-разведывательных групп.

В районе Бахмутской трассы противник против собственного желания позволил нам улучшить тактическую ситуацию и продвинуться вперед, занять выгодные позиции. Локальные столкновения в этом районе и вблизи села Желобок переросли в нечто большее.

Не понимая, что сам необитаемый Желобок для нас не представляет никакой тактической ценности, боевики впали в истерику и разоблачили свою систему обороны, выстроив в боевом порядке 4-ю мотострелковую бригаду. А мы втянули врага в огневой мешок, нанесли ему ощутимые мучительные потери и расшатали моральное состояние его личного состава. Вот такой итог тех боев, которые продемонстрировали огромное значение информационно-психологических операций.

— 93-я бригада образца весны 2015-го и весной 2018-го — насколько велика разница?

— В условиях войны необходимы быстрые изменения, адаптация к новым требованиям времени. Следует отдать должное, все наши инициативы, так сказать, снизу находят поддержку на уровне начальника Генштаба. Это позволяет быстрыми темпами вводить новации, минуя бюрократические препоны.

В бригаде сейчас активно используют электронные системы обеспечения разведки, управления, корректировки огня, такие как «Дельта», ГИС-АРТА, АРТОС, ВИРАЖ. За полем боя наблюдают беспилотные летательные аппараты и мощные видеокамеры. Огневые точки противника проявляют современные радары AN/TPQ. Используются тепловизионные прицелы «Арчер». Бригада обеспечена современными защищенными средствами связи. Подготовлены и оснащены дальнобойными винтовками снайперские группы. Модернизированы крупнокалиберные пулеметы ДШК. Медицинская эвакуационная служба получила бронированные транспортные средства. Этот перечень можно продолжать до бесконечности. В двух словах: бригада в качественном плане шагнула на поколения вперед. Причем речь не только о технике. Костяк бригады сейчас составляют добровольцы «Правого сектора», батальонов «Донбасс», «ОУН», «Айдар», «Карпатская Сечь», «Днепр-1». Они высокомотивированы и имеют боевой опыт еще с 2014-2015 годов, а сейчас являются военнослужащими Вооруженных Сил.

В бригаде введен такое новое направление работы, как гражданско-военное сотрудничество, направленная прежде всего на помощь жителям прифронтовых территорий. Развивается пастырская служба капелланов, которая компенсирует недостаток офицеров по морально-психологическому обеспечению.

Пресс-служба бригады не только информирует или популяризирует Вооруженные Силы и бригаду, но и полноценно участвует в информационном противодействии врагу. Если не мы будем формировать повестку дня в медиа-пространстве, это будет делать враг. В условиях гибридной войны, которую Кремль ведет против Украины, информационный фронт получил приоритетное значение.

За годы войны в бригаде воспитана плеяда молодых командиров, которые прошли путь от солдата и сержанта до офицера, командира взвода или роты. Значительно возросла роль сержантов, которые не только решают до 80% бытовых вопросов, но и берут на себя командование подразделениями. В результате на учениях 93-я бригада получила самые высокие оценки как американских, так и британских инструкторов в рамках операции «Орбитал». Это касается взаимодействия родов войск и служб, в том числе с авиацией, умение командиров мыслить нешаблонно и проявлять инициативу.

В тему: Радио для дворников. Связь в ВСУ — современная, но не военная

Положительные изменения наблюдаются и в вопросе социальной защиты военнослужащих. Полностью решен вопрос предоставления статуса участника боевых действий, награждение достойных (более тысячи бойцов удостоены государственных орденов и медалей), развивается инфраструктура пункта постоянной дислокации: строятся новые казармы и общежития.

Открытым пока остается вопрос обеспечения жильем. Но и здесь есть положительные перспективы. Не только строительство, но и выплата денежных компенсаций на приобретение квартир или домов позволяет военному самому решать, где и в каких условиях жить.

Можно сказать, что по сравнению с начальным периодом войны 93-я бригада выросла минимум на три головы. Мы, как и все Вооруженные Силы, чувствуем доверие общества, а это главное. Реформы продолжаются, и они необратимы. Трансформируется сам принцип мотивации прохождения военной службы. От службы ради выгод или преференций до осознания высокой чести и гражданского долга Воина.

Конечно, проблемы есть, и это понятно: в условиях войны враг не только прилагает максимум усилий для дискредитации руководства государства, его институтов, в том числе и Вооруженных сил как опоры украинской независимости, но и пытается посеять недоверие к любым изменениям. Простой пример — множество спекуляций порождает переформатирование отдельных мотопехотных батальонов, в том числе и нашего, 20-го, в линейные, которое на самом деле оптимизирует систему управления и обеспечения подразделений.

— Если говорить о переходе от АТО к операции объединенных сил, то какие изменения следует ожидать в ближайшее время?

— Во-первых, у нас, командиров воинских частей, появляются законные основания для принятия военных решений, возможности адекватно реагировать на вызовы. Лично мне сейчас работать очень комфортно. Еще на заре карьеры я служил под непосредственным командованием генерал-лейтенанта Наева. Стиль управления и требования командующего Объединенных сил мне хорошо знакомы, генерал дышит армией изнутри. А с начальником штаба ОС я фактически сидел за одной партой в университете. Поэтому наша совместная работа будет удивительно эффективной.

Главные принципы Операции ОС — самостоятельность, своевременность, качество. Сейчас ведем усиленную подготовку личного состава именно к наступательным, рейдовым действиям. Ведь понимаем, зачем мы на Донбассе: ради освобождения всех оккупированных украинских земель. И победа обязательно будет за нами.

***

Владислав Клочков родился в Одесской области. В 1998 году окончил Одесский институт сухопутных войск. Службу начинал в 561-м механизированном полку на Луганщине. Далее служба в 28-й механизированной бригаде, обучение в Национальном университете обороны Украины имени Ивана Черняховского, назначение в отделение боевой подготовки армейского корпуса. Гражданское образование в Национальной академии государственного управления при Президенте Украины (по специальности руководитель проектов и программ) и курс военного перевода с арабского языка. С 2013 года — начальник штаба 92-й отдельной механизированной бригады, на этой должности и встретил события в Крыму и начало войны в Донбассе. С апреля 2015 года — командир 93-й ОМБр.

Опубликовано в издании  Тиждень.UA

Перевод: Аргумент


В тему:

 


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Система Orphus

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com