Друзья Путина. Путин и шелупонь из КГБ

|
Версия для печатиВерсия для печати

Бывший депутат Ленсовета и председатель комиссии по гласности о криминализации власти при Путине об актерском мастерстве президента РФ.

Юрий Вдовин — депутат Ленсовета в 1990-1993 годах, член Президиума, Малого Совета, мандатной комиссии, председатель постоянно действующей комиссии по гласности и средствам массовой информации, переименованной позднее в комиссию по свободе слова и СМИ, также избирался членом временных комиссий по ленинградской прессе и «Лениздату».

Одним из первых в Ленсовете поддержал деятельность группы Марины Салье и Юрия Гладкова по расследованию деятельности Владимира Путина на посту главы комитета по внешним связям мэрии Санкт-Петербурга.

По документам, подписанным Владимиром Путиным, а также его заместителем Александром Аникиным, согласно данным бывшего депутата Ленсовета Марины Салье, за рубеж были вывезены редкоземельные металлы, нефтепродукты и другое сырье на сумму более ста миллионов долларов. Взамен в Санкт-Петербург, где на продовольствие были введены карточки, должны были поступить партии мяса, картофеля, птицы. Однако бартер так и не состоялся. Юрий Вдовин считает, что ему и его коллегам по Ленсовету не хватило элементарного мужества для завершения парламентского расследования.

Впрочем глубокому расследованию помешало сращивание тогдашней исполнительной власти со спецслужбами и криминалитетом.

С самого начала КГБ был самой информированной категорией людей, и они решили приватизировать страну, говорит Вдовин.

***

Юрий Вдовин: Путин, когда поехал из Петербурга в Москву, стал перебираться по вершинам власти и тащил за собой всю эту шелупонь, всю эту шпану из Комитета госбезопасности, который был всегда криминальной организацией и теперь весь этот криминал ввел во власть.

В результате власть у нас, как нормальная организованная преступная группировка, которая по этим принципам живет и работает. И страну заставляет жить и работать по этим принципам.

Путин умел производить впечатление всегда — они обучены этому. Он в отличие от многих чиновников связанно говорил и говорил твердо: «Я сделаю — значит, сделаю». Или объяснял, почему не может сделать. Этим он очень выгодно отличался от всех остальных. Когда дело пошло к тому, что он, возможно, станет президентом, я был категорически против. И не я один. Мое окружение считало, что делать руководителем страны человека из спецслужб, из КГБ, из самой кровавой преступной организации, которая существовала... Я был категорически против.

До этого рассматривался вопрос о Степашине (Сергей Степашин — председатель правительства Российской Федерации с мая по август 1999 года — прим. НВ). Это меня тоже смущало, хотя со Степашиным я был в очень хороших отношениях. Он был чужой там человек. Я не знаю, каким он мог быть президентом. Может быть, у него было недостаточно организационных возможностей.

Поскольку семья у Ельцина тоже была прикарманена, и никто не может в отсутствие нормальной демократии удержаться от не очень этичных поступков, он намолотил многое, и ему нужно было защитить себя. И это, по-моему, был результат сговора: ты уходишь с поста, становлюсь президентом я, за это тебе ничего не будет.

С Собчаком было чуть-чуть сложнее. С одной стороны Собчак — тоже дутая фигура с точки зрения демократии. Он был очень авторитарный человек. Другое дело, что он был яркий и достаточно убедительный антикоммунист.

Я убежден, что он сейчас с Путиным не поладил бы. И тут есть много вопросов, что с ним случилось, почему и как? Конечно, Собчак при своем экстремизме, был бы против пути, по которому сейчас пошла Россия. С другой стороны, я не увидел корреляции между ослаблением в 1996 году позиций Собчака и ростом влияния Путина. Как раз мне кажется, что с ростом потери влияния Собчака Путин перепугался, что с ним что-то может произойти. Но он нашел какие-то механизмы, когда через Чубайса его перетянули в Москву — в администрацию президента.

Я надеюсь, что рано или поздно всему приходит конец, и этому режиму придет конец, и всплывут наружу какие-то механизмы, которые существовали там. Жаль, в эту пору прекрасную.

***

А также подполковник юстиции Андрей Зыков — о том как 15 лет назад Генеральная прокуратура России закрыла уголовное дело , которое впоследствии стали называть «делом Путина»

15 лет назад Генеральная прокуратура России закрыла уголовное дело № 144128, которое впоследствии стали называть «делом Путина». Следователи не сомневались, что тогдашний первый вице-мэр Санкт-Петербурга, председатель комитета по внешнеэкономическим связям мэрии Владимир Путин был замешан в ряде преступлений, связанных с хищением бюджетных средств. Руководил следственной группой, в состав которой входили 20 человек, подполковник юстиции Андрей Зыков.

Видео: Настоящее Время


В тему:

 


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com