Автора книги «Хочу жить!» трижды пытались убить только спецслужбы СССР

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:  «Хочу жить!»

Автобиографическая книга Даниила Чайковского, вышедшая в 1946 году, стала первым в украинской, а возможно, и мировой литературе, свидетельством об ужасах немецкого концлагеря.

Каждое столетие обогащает человеческие языка новыми словами, которые дают определение новым, еще не известным в истории явлениям. Прошлое двадцатое добавило в языковую казну мира такие термины как мировая война, политические репрессии, геноцид, депортации, концентрационные лагеря. За каждым из них — смерть миллионов людей, принесенных в жертву во имя торжества коммунизма/фашизма/нацизма.

Украинцам не надо заглядывать в словари или энциклопедии, чтобы понять суть этих терминов. Их толкованием может стать история почти каждой семьи.

Несмотря на то, что Украина была ареной величайших трагедий прошлого века (Первой мировой войны, кровавого утверждения коммунистической власти, массовых сталинских репрессий, Голодомора, Холокоста, Второй мировой войны, послевоенных репрессий и депортаций), несмотря на то, что ее история стала своеобразным фокусом «возраста экстремизма », прошлое здесь до сих пор остается малоизвестным.

Об украинцах, которые не только выстояли в этот ужасный час, но и активно боролись против красного или коричневого тоталитаризма, знают слишком мало в мире, и в самой Украине. Борьба против нацизма еще представляется как монополия Красной армии и советских партизан.

В тему: Советские партизаны: мифы и реальность

Противостояние украинского освободительного движения с немецкой оккупационной властью остается на обочине исторических исследований, более того — вытесняется из этой сферы старыми советскими стереотипами о «коллаборационизме» членов ОУН или воинов УПА.

В тему:

Об Аушвице или Освенциме известно, наверное, всем, кто хоть что-то слышал о Второй мировой войне. А вот о том, что через этот ужасный лагерь прошло более четырнадцати тысяч украинцев, среди них — сотни членов националистического подполья, знают немногие.

Ничто в современной музейной экспозиции на территории бывшего лагеря не напоминает о том, что именно в Аушвице находилось наибольшее число украинских политзаключенных, арестованных гестапо после провозглашения Акта восстановления государственности Украины 30 июня 1941 года. Здесь замучены сотни членов националистического подполья, среди них два брата лидера ОУН Степана Бандеры Олекса и Василий.

Едва ли не единственным памятником этим украинским героям антинацистского сопротивления стали воспоминания их собратьев, переживших ад концлагеря. Это мемуары Петра Мирчука «В немецких мельницах смерти», Степана Петелицкого «В Освенцим — за Украину» и Даниила Чайковского «Хочу жить!», о которых, собственно, и пойдет дальше речь.

Автобиографическая книга Чайковского, вышедшая в 1946 году, стала первым в украинской, а возможно — и мировой литературе, свидетельством об ужасах немецкого концлагеря.

Подлинным криком души звучит не только название книги «Хочу жить!», но и каждая ее строка. Ее невозможно просто пролистать или пробежать глазами — обязательно споткнешься о деталь, которая затронет и не позволит, не перечитав, идти дальше. История поражает своим ужасным реализмом и, несмотря на небольшой объем, оставляет неизгладимое впечатление.

Написанная по «горячим следам» в 1945-1946 годах, книга точно воссоздает быт узников концлагеря, подает образы людей разных по характеру и национальности, показывает, как в экстремальных условиях в человеке проявляется то герой, то преступник.

Книга, как и произведения Варлама Шаламова или Александра Солженицына, является подтверждением, что ни одна художественная фантазия не способна подняться до уровня, необходимого для воспроизведения будней нацистских или коммунистических концлагерей.

Даниил Чайковский сумел дважды пережить ужасы Аушвица — впервые будучи его узником, второй — когда писал воспоминания о своем рабстве. Возможно, чтобы хоть частично дистанцироваться, книга писалась от третьего лица (автор спрятан за именем своего героя Гната Тырского), на обложке подан псевдоним «О. Датский».

Такая маскировка имела не только психологические, но и конкретные практические причины: Даниил Чайковский как активный член ОУН, выйдя на свободу после падения нацистского режима, стал объектом интересов коммунистических спецслужб. При этом, как обычно, под прицел попал не только он, но и все его родственники и знакомые, особенно те из них, что и в дальнейшем жили в Украине.

В тему: «Лучший человек, которого украинцы могут иметь вождем». К 122-летию главы ОУН Андрея Мельника

По воспоминаниям семьи, Даниилу Чайковского по крайней мере трижды пытались убить уже в эмиграции. Для советских спецслужб он был настоящим врагом, типичным «украинским буржуазным националистом» — сын священника, член Союза украинской националистической молодежи, впоследствии Украинской военной организации, соответственно — Организации украинских националистов.

В тему: Как КГБ «перевоспитывал» бывших повстанцев

Узник польских тюрем, участник ІІ Большого Собрания ОУН, член походных групп, в сентябре 1941 года был арестован гестапо за деятельность в националистическом подполье. Биография, под которой могли бы подписаться и Степан Бандера, и Ярослав Стецько, и Степан Ленкавский, и сотни других деятелей ОУН.

Концлагерь не сломал Чайковского. Выйдя на свободу, он активно включается в работу ОУН за рубежом: становится референтом пропаганды Провода Закордонных частей ОУН, главным редактором еженедельника «Українська трибуна» («Украинская Трибуна»), впоследствии членом Провода ЗЧ ОУН, главным редактором официоза ОУН «Шлях перемоги» («Путь победы»).

В тему: Непокоренные. Почему украинские повстанцы не стали нацистскими и советскими пособниками

Под его редакцией выходит целая серия книг по исторической тематике: очерк «Крути» («Круты»), сборник новелл «Наші дні» («Наши дни»), сборники документов и материалов Московські вбивці Бандери перед судом" («Московские убийцы Бандеры перед судом»), , «Білас і Данилишин».

Распространение информации об освободительной борьбе своего народа он не прекращал до конца жизни, как би далеко не забросила бы его судьба — в Германию, во Францию или за океан — в США.

«Здоровьем и жизнью лучших куплена воля Украины» — эти слова из книги Чайковского могут стать эпиграфом ко всей истории Украины ХХ века. Даниил Чайковский — один из этих лучших, один из целого поколения непокоренных.

Символом этого поколения может стать другой герой книги — Юрий Булат, что «из польской тюрьмы попал в Березу [Картузскую — польский концлагерь для политических заключенных], отбыл два года, потом полгода в советских лагерях. Бежал. Теперь идет в немецкий». Таких булатов в украинской истории 1920-1950-х годов — тысячи.

Их борьба и страдания не были напрасными — вторично «Хочу жить!» вышла в независимой Украине.

Владимир Вятрович, опубликовано на сайте  ТСН.ua

Перевод: «Аргумент»


В тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Последние новости

17:34
Два київські та три з Західної України ВИШі лідирують за популярністю серед вступників
17:20
Юлия Тимошенко снова попапала под «пресс» ГПУ с привлечением НАПК
17:10
TI требует: покажите решение суда о конфискации «денег Януковича», не нарушайте закон
16:59
Порошенко: субсидії потрібно надавати лише тим, хто не в змозі платити чесну ціну
16:43
Україна витрачає близько 100 млрд грн на рік на обслуговування боргу, — Гройсман
16:26
В НАБУ оприлюднили ім’я першого підозрюваного чиновника після подачі е-декларацій
15:57
Сотрудник Нацполиции Сергей Романенко на внедорожнике Ягуар сбил двоих пешеходов и пытался скрыться (ФОТО)
15:44
​В Киберполиции заявили об острой нехватке специалистов по кибербезопасности
15:22
Омелян объяснил, почему база для лоукостов в Гостомеле - глупость
15:17
Послы G7 и ОБСЕ призвали расследовать убийство Шеремета и наказать виновных

Важно

Памятка потребителям при посещении оккупированных территорий Крыма

Предлагаем внимательно изучить советы и рекомендации перед принятием решения о совершении любых сделок в самом Крыму и с участием юридических лиц, осуществляющих деятельность на полуострове.

Памятка потребителям при посещении оккупированных территорий Крыма