Дело полковника Безъязыкова: разведчик, освобожденный из плена и обвиненный в измене

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото: Сергей Нужненко

14 февраля в Шевченковском райсуде Киева начнутся прения по делу полковника Ивана Безъязыкова. Это - финальная стадия судебного процесса. Дело рассматривается в суде уже третий год. Все это время Безъязыков находится в СИЗО. Два года украинский разведчик находился в плену боевиков. Его освободили в 2016 году. Через несколько месяцев Безъязыкова арестовали ...

Его обвиняют в государственной измене и участии в деятельности террористической организации. Обвинение считает, что находясь в плену, Безъязыков перешел на сторону врага и помогал боевикам вербовать украинских военнопленных. Безъязыков и его защита считают дело грубой компиляцией следователей, и говорят, что те требовали дать ложные показания. Подробнее - в материале  LB.ua.

На эту тему: Правозащитники предположили, с чем может быть связан арест Безъязыкова

Детали плена

30 января в Шевченковском райсуде Киева состоялся допрос Ивана Безъязыкова. Он длился 6 часов. Впервые в этом деле Безъязыков рассказал об обстоятельствах своего пленения, передал своими словами атмосферу и многие детали удержания его боевиками.

Иван Безъязыков - кадровый офицер Вооруженных сил Украины, руководитель разведки бывшего 8-го армейского корпуса ВСУ по состоянию на 2014 год - участвовал в войне с самого ее начала.

Закончив профильное училище, Безъязыков прошел путь от командира взвода до начальника разведки штаба. В 2010 году он окончил академию НАТО, курс гуманитарного права, в 2013 его назначили начальником разведывательного управления разведотдела 8 армейского корпуса быстрого реагирования. По состоянию на 2014 год, это были наиболее подготовленные части в Украине.

В марте 2014 года, рассказывает Безъязыков, в составе разведгруппы его направили в Херсонскую область. Его группа имела задачу противодействовать продвижению войск РФ вглубь материка. Выполнять эту задачу Безъязыков, по его словам, согласился добровольно, в то время, как среди коллег были те, кто отказался от выполнения задания из-за этнической принадлежности, но уголовному преследованию они не подверглись. 

Фото: t.ks.ua

"В 2014-м для локализации конфликта было задействовано очень мало людей, техники, материальных средств. Местные органы управления и правоохранительные органы в Старобешево, Тельманово полностью отстранились от исполнения своих действий. Ночами были нападения бандформирований, утром мы их могли вытеснить. Местное население было настроено или нейтрально, или враждебно. Все наши передвижения были известны противнику. Взаимодействия между группами не было, наша деятельность была малоэффективной", - рассказал он в суде.

"12 и 13 августа в Степановке (Донецкой области - LB.ua) состоялся бой. Зашла колонна российских танков при поддержке других формирований, и батальон 30-й тактической группы понес большие потери. 14 и 15 августа мы по приказу командира корпуса (Петр Ромигайло, который возглавлял штаб сектора "Д", - LB.ua) пытались собрать разобщенные группы боевых офицеров и вывести их из-под огня, эвакуировать. Кто мог, тот и занимался этим, не только разведка. Погибшие были в Степановке.

Лето, жара, трупы быстро портятся ... Начальник штаба сектора "Д" выделил группу переговорщиков, чтобы пошли туда, провели разведку и выяснили, можно ли эвакуировать тела погибших. На тот момент не было понятно, есть ли там боевики, или уже ушли", - продолжал обвиняемый.

Безъязыков уточнил, что возможность того, что группа войдет в контакт с боевиками, а не только проведет разведку, рассматривалась Ромигайлом и инструкции группа получала только поверхностные. Расчет был на то, что решение нужно принимать на месте.

Группа шла с белым флагом, без опознавательных знаков и оружия. Никакой информации о таких обменах ранеными или убитыми, ни опыта военные ранее не имели.

У самой Степановки в машине пробилось колесо. Безъязыков вместе с коллегой - капитаном Евгением Мандажы, оставив еще одного коллегу ремонтировать авто, отправились в центр поселка. Там они встретили группу людей, которых идентифицировали как "казаков", судя по одежде. Те не выглядели враждебно, и Безъязыков с коллегой представились, что они - военные ВСУ и хотят забрать тела убитых. Собеседники назвались представителями "Донского казачества" и согласились на то, чтобы отдать тела - договорились предварительно. С чувством выполненного долга Безъязыков с Мандажы отправились назад к своей машине, однако почти сразу на них налетела другая группа.

Фото: Сергей Нужненко

"Они были экипированы средствами защиты с автоматами, у них был сильный кавказский акцент. Можно было подумать, что это осетины или чеченцы. Они были на бронетехнике и вели себя агрессивно. Белый флаг наш выбросили, сняли наши средства защиты. Мы были под прицелом, нам угрожали, что расстреляют на месте. Нам на голову одели мешки и увезли в неизвестном направлении", - говорит Безъязыков.

Он вспоминает, когда их выгрузили, а рядом ехала колонна танков. Пленные были все еще с мешками на головах.

"Они толкали меня под гусеницы танков и подхватывали, когда я должен был уже упасть. Я тогда подумал, что во всем секторе "Д" было меньше танков, чем тогда проехало мимо за три минуты. Я отметил очевидность, что это подразделение РФ", - добавил он.

Далее, говорит Безъязыков, всех пленных пытали, долго и жестоко, без особой цели.

На допрос водили по одному, и двое других слышали крики своего товарища.

"Пришел боевик и спрашивает: кто из вас начальник разведки, полковник. Хотя я и был без опознавательных знаков, сопротивляться не было смысла, иначе Шмигельского (одного из участников группы - LB.ua.) пытали бы.

На эту тему: Накануне Иловайского котла. Свидетельство майора Шмигельского

Я сказал, что это я", - добавил.

Во время допроса боевиками полковник назвал свои имя и фамилию - скрывать не было смысла, ведь если не скажет, пытать будут его коллег, пока не скажет. Пытали с особой яростью: бить током, ломали ребра и подвешивали на дерево. После пыток забросили в коллектор, под люк.

"Над нами ходил охранник и спрашивал, может, нам туда гранату бросить. Не давали ни еды, ни воды", - сказал разведчик.

Где-то через сутки за пленными приехали другие люди, "славянской внешности", и повезли Безъязыкова в здание СБУ Донецка

Фото: EPA/UPG

"На каждом блокпосту останавливались, старший объявлял, мол, везем “укропского” полковника, не хочет ли кто повеселиться. На каждом блокпосту били. Руки и ноги у меня были связаны за спиной. Каждый, кто хотел, мог бить прикладом, руками, палкой. Некоторые били с яростью, некоторые делали вид, что били ...» - говорит разведчик. 

Там полковника бросили в камеру размером примерно 3 на 3,5 метра, где уже было  10 других пленных. Пленных поочередно допрашивали. Безъязыков говорит, что допрос не был "тупым избиением", были вопросы. Когда заполнял анкету, попытался запутать номер своего дома, для конспирации. "Они как-то все равно установили мое место проживания и снова ко мне применили насилие. Боевики знали все: кто со мной служит, сколько детей. Меня это смутило, но я понял, с кем имею дело", - рассказал полковник.

"Парад"

Всех военнопленных разделили. В помещении архива СБУ Безъязыков пробыл до 24 августа. Именно в этот день должен был состояться так называемый "парад военнопленных".

"В 9.30 выстроились в колонну, офицеры должны были стать в первую шеренгу, по бокам были конвоиры, собаки. При выходе из дворика здания появился "63-й" - "начальник отдела разведывательного управления", он о чем-то поговорил со старшим", - вспоминает Безъязыков.

"63-й" - боевик, который проводил допрос Безъязыкова. Потом станет известно, что этот человек - бывший донецкий судья Олег Шляпин, который перешел на сторону боевиков в 2014 году, теперь находится в розыске.

"Похоже было, что кадровый офицер. В течение допросов он также рассказывал о себе. О лучшем мире, борец за справедливость. Это потом я узнал, что он был судьей в Донецке. Говорил: закончим войну, хочу стать министром образования, воспитывать детей. Он любил все старорусское, древнерусское, увлекался дохристианской историей, хотел воспитывать детей в ведических традициях", - рассказывает Безъязыков.

Фото: Сергей Нужненко

После разговора "63-го" с начальником колонны Безъязыкова из нее вывели. 

"В процессе мне стало понятно, что меня выделили из всей группы пленных и прикрепили к "63-му", - говорит полковник. Это был переломный момент в этой истории, поскольку тактика тех, кто удерживал Безъязыкова в плену, начала меняться. 

Полковника перевели в особняк в парковой зоне и закрыли в подвале этого дома. Как он дальше выяснил, в этом доме поселились офицеры "разведывательного управления", которыми руководил "63-й".

"Говорили: вы, мол, старший офицер, мы должны нормально относиться к старшим офицерам. И с тех пор мне стали создавать лучшие условия, чем в СБУ", - добавил он.

Лучше, в смысле Безъязыкова на тот момент - наличие кровати и света в подвале, чистой одежды.

"После пыток моя одежда была разорвана, они пытались искать в одежде "жучки", - говорит обвиняемый. - Мы сидели в трусах, а когда повезли в Донецк, нам бросили какую-то грязную одежду".

В новом подвале Безъязыкову дали новую одежду. В обвинении она фигурирует как военная форма РФ.

"Это не так. Цвет был примерно похож - микропиксель, который используют в российском камуфляже. Но крой - рыбацкий или охотничий. Не военный. Никаких опознавательных знаков на одежде не было. Для меня это была чистая одежда. Мне предоставили душ, кусок мыла. И с тех пор я ходил в той одежде. Время от времени на меня приходили смотреть, как в цирк", - говорит Безъязыков.

"63-го" интересовал Безъязыков. Боевик расспрашивал его об обучении в НАТО и рассказывал, что хочет построить новое государство.

Безъязыкова начали брать с собой в офис, в котором днем работали те, кто жил в доме. Он описывает, что должен был все время находиться в кабинете с "63-м", а когда у того были какие-то секретные дела, полковника закрывали в какой-то комнате, потом забирали. Передвигаться самостоятельно было запрещено, даже есть должен был ходить с "63-м".

"В то время они пытались создать положительные эмоции с моей стороны, что они ничем таким не занимаются, что хотят отделиться от Украины, которую называли "фашистским режимом". Они объясняли, что собирают информацию. Им звонили люди со всей Донецкой области и сообщали, что где происходит", - говорит разведчик.

Так месяц-полтора. Безъязыков говорит, что за это время мог залечить свои раны, принимал лекарства. Иногда видел "Хмурого" (Сергея Дубинского, полковника ГРУ Генерального штаба Вооруженных сил РФ, - LB.ua), которого "считали лучшим". Тот рассказывал, что имел большой военный опыт в "горячих" точках. Сам "Хмурый", как там говорили, был родом из Донецкой области.

25 августа 2015 года Безъязыкову дали связаться с семьей. В соцсети Facebook полковник не зарегистрирован, поэтому установили связь через страницу его родственников.

"Все мои звонки отслеживались и прослушивались боевиками. Доступ к моей переписке и звонкам им было легко получить. Я это понимал. Сеансы связи были только под контролем, в присутствии боевиков. Между сеансами связи боевики могли сами вести переписку от меня, что и делали, в чем я убедился. Моя жена сказала, что якобы я предложил ей поехать в Донецк для встречи, убедиться, что хорошо себя чувствую. В следующем сеансе связи я ей прямым текстом сказал, чтобы она ни в коем случае никуда не ехала", - рассказал Безъязыков.

Фото: Сергей Нужненко

Еще в начале допроса он вспомнил, что разговоров было больше, чем есть в деле. "Во многих случаях из того, что есть в деле, я себя не узнаю. Такого не говорил. Хотя есть фразы, которые я мог сказать", - рассказал он.

По словам полковника, отказаться от того, что предлагают, означало нарваться на смертельную опасность: "Был такой случай, когда “63-й” при мне ударил ножом кого-то. Возможно, из-за меня. Какой-то местный. Лишний раз грубянить, отказываться было очень опасно для жизни ...

Все это было под руководством "Хмурого". Он привлекал меня к своей деятельности с какой-то целью, или пропагандой на местном телевидении, или СМИ. Возможно, если бы у них что-то пошло не так, было бы удобно на меня переложить ответственность. Я начал замечать, что меня пытаются скомпрометировать. "Хмурый" и "63-й". Меня водили везде с собой и показывали всем, кому можно показать: и представителям РФ и местной власти".

В сентябре 2014 года в кабинет "Хмурого" завели еще одного украинского пленного - майора Руслана Косинского. Впоследствии освобожденного. "Хмурый", по словам Безъязыкова, пытался склонить того к работе на боевиков. Безъязыкова держал рядом с собой, в кабинете, якобы показывая, что он уже так сделал.

"Это была провокация, чтобы Косинский рассказал при возвращении, что он меня видел у “Хмурого". Так и произошло - Косинский вернулся и рассказал, что видел меня там. Это элемент привлечения, когда младший видит своего начальника ... Объяснить ситуацию Косинскому я не мог, это было смертельно опасно. Косинский отказывался. Я глазами пытался показать, что он делает правильно", - рассказал подсудимый.

Бойовик *Хмурий* - полковник ГРУ у відставці Сергій Дубинський

Боевик “Хмурый” - полковник ГРУ в отставке Сергей Дубинский. Фото: bellingcat

На допросе полковник уточнил, было ли у него оружие на момент вербовки Руслана Косинского.

"Это выдумка. Не имел никакого оружия. Это была фраза "Хмурого": "Иван Николаевич, видите, хорошо себя чувствует, у него есть уже пистолет Стечкина и скоро он получит кинжал". Косинский был в шоковом состоянии, у него могло отложиться в памяти об оружии, а потом он думал, что так и было, как ему сказали".

На эту тему: Российские военные преступники: Сергей Дубинский - человек, привезший из РФ «БУК» террористам Донбасса

Это была не единственная компрометация, по словам полковника. И так продолжалось до 2015 года.

В начале года "Хмурого" депортировали и запретили въезд в Донецк, началась война за пост руководителя управления. Интерес к Безъязыкову потеряли. Одна из местных группировок вывезла его с мешком на голове на подвал, и вновь началось путешествие из подвала в подвал. Во время одного такого налета группировки боевиков его вывезли к телебашне, и с августа 2015 удерживали там. Затем вновь состоялась очередная локальная "революция", телебашню захватили новые боевики, условия для Безъязыкова были очень плохими.

"Весь этот период я не мог ни помыться, ни зубы почистить. Затем начали привлекать к хозяйственной работе - картошку чистить, снег убирать", - говорит полковник. 

Один из охранников пошел на контакт, и Безъязыков выпросил у него телефон, чтобы позвонить своей 90-летней маме. Со второго звонка СБУ выявила его местонахождение. Процесс обмена Безъязыков длился полгода. 

После возвращения на подконтрольную территорию Безъязыков узнал, что все телефонные разговоры его, в частности с женой, прослушивались СБУ.

"Когда вернулся, узнал, что она с 2014 года все передает СБУ, что ее курируют и были прямые указания сотрудников СБУ, как себя вести. Они настаивали, чтобы жена общалась, чтобы не потерять связь", - добавляет он.

После обмена Безъязыкова сразу допросили в Краматорске. Допрос продолжался всю ночь. Также его допрашивали в СБУ Житомира. А потом полковник давал показания по делу МН17. "Я думал, что делаю это в интересах Родины. Никакой враждебности не испытывал", - сказал он судье.

Фото: Сергей Нужненко

После возвращения и лечения Безъязыков пробовал устроиться по профессии, преподавать в военном институте Житомира. Однако согласование от начальника штаба Виктора Муженко так и не получил. Зато однажды к нему пришли с обыском.

Безъязыков все еще думал, что это какая-то ошибка, не оказывал никакого сопротивления, и на предложение поехать в Киев согласился.

"Все было как в тумане. Не мог представить, что со мной произойдет такая история. Больше никаких допросов не было. Лишь однажды в присутствии полковника Игоря Яновского я узнал по фото "63-го"",- рассказывает он о допросе в Киеве.

Через жену Безъязыков получил информацию, что следователи якобы хотят услышать от него некоторые вещи, и это якобы позволит выйти из тюрьмы. Однако, что именно хотят услышать - не уточняли. Но это касалось расследования МН17.

"Мнеговорят, вы не договариваете. мы ведем это расследование, нам нужен свидетель. Вы хотите сотрудничать с голландской стороной, мы договоримся об этом. Я так понимаю, голландцы не слишком заинтересовались моей информацией, и после нового года мне инкриминировали 111 статью - госизмена", - рассказал на суде 

полковник. "Я так думаю, что Игорь Яновский и прокурор Олег Пересада хотели, чтобы я подтвердил, что занимал ту должность, о которой говорится в обвинительном акте, был заместителем "Хмурого", работавшего в разведке "ДНР". За это могло быть уменьшение срока, до условного. Говорили, что голландская сторона предоставит программу по защите свидетелей. Главное - скажите, что были в разведке "ДНР"", - добавил он.

Фото: Сергей Нужненко

Обвинение: "предатель"

Доказательствами вины Безъязыкова обвинения главным образом считает телефонные разговоры в период содержания его в плену боевиками и свидетельства других пленных, которые его видели среди боевиков (в частности, Косинского) якобы в военной форме РФ. 

Логика обвинения заключается в следующем: в Украине действует террористическая организация "ДНР", которая, в свою очередь, живет по определенной иерархии и требует четкого выполнения определенных правил поведения.

"Одной из основных задач участников террористической организации "ДНР” является изменение границ территории и государственной границы Украины в нарушение порядка, установленного Конституцией Украины. Указанная организация является устойчивым объединением (...), в рамках которого осуществлено распределение функций, установлены правила поведения, обязательные для этих лиц во время подготовки и совершения террористических актов, и в котором его структурные подразделения осуществляют террористическую деятельность с ведома руководителей", - говорится в обвинительном акте.

Также отмечается, что в Украине не война, а вооруженный конфликт, который не требует специального положения.

"На время проведения АТО Украина находится в состоянии, которое характеризуется действиями по решению национально-этнических, религиозных и других противоречий с применением средств вооруженного насилия, из которых государство не переходит в особое состояние, которое определяется, как война, и не вводит режим военного положения (...), а вооруженная борьба не выходит за пределы операционного направления (....), то есть находится в состоянии вооруженного конфликта", - говорится в обвинительном акте.

Но при этом на территории Украины действуют террористические группы, в состав которых входят сотрудники ГРУ, которые возглавляют разведку так называемой "ДНР":

"Так, установлено, что гражданин РФ, полковник ГРУ ГШ ВС РФ Лицо 1, по которому осуществляется уголовное производство и который объявлен в розыск, во исполнение приказа руководства спецслужб РФ и совместного преступного плана 7 июля 2014 года создал для нападений на предприятия, учреждения, организации и граждан Украины в составе террористической организации "ДНР" группировки террористического характера - и к называемое управление военной разведки, сокращенно - "Разведывательное управление "ДНР", которое возглавил лично".

Фото: Сергей Нужненко

Боевиками был захвачен ряд зданий, где, в частности, находился Безъязыков в плену, о чем он рассказал на допросе в суде. Также в документе говорится о том, что в группировку входили как украинцы (так называемые "ополченцы", как они себя называют), так и бывшие или действующие кадровые сотрудники спецслужб РФ. 

Согласно обвинительному акту, было установлено, что начальником "разведывательного центра", который входил в "1-й аналитический отдел разведывательного управления" так называемой "ДНР", было лицо с позывным "63" - бывший донецкий судья Олег Шляпин, который перешел на сторону боевиков в 2014 году.

Только с этого момента, с 10 страницы обвинительного акта, начинает упоминаться Безъязыков как военный, который дал присягу народу Украины. А также как начальник разведывательного отдела штаба управления 8-го армейского корпуса, командированный 19 июля 2014 в н.п. Старогнатовка Донецкой области для выполнения задач в рамках АТО, и который "точно знал о создании террористической организации "ДНР".

Отмечается, что выполняя задание начальника штаба сектора "Д", он отправился в Степановку с целью именно "переговоров" (без дополнительных задач, о которых потом расскажет Безъязыков на допросе) с представителями незаконных вооруженных формирований относительно возможного обмена пленными. В тот же день, согласно обвинительному акту, Безъязыков вместе с коллегами Валерием Шмигельским и Евгением Мандажы "попали в плен" террористов. То есть, все же в плен, и тех самых террористов, которые, как выше упоминается, требуют выполнения определенного поведения, грабят, убивают и так далее.

Итак, "после попадания в плен, пренебрегая своими обязанностями военнослужащего ВСУ, вопреки присяге, действуя умышленно, осознавая общественно-опасный характер своего деяния и предполагая, что в результате его действий будет причинен ущерб государственной безопасности Украины в виде причинения вреда суверенитету, территориальной целостности, обороноспособности страны, нарушая статьи УК Украины (...), находясь на неподконтрольной украинской власти территории г. Донецка Донецкой области (более точное в ходе досудебного расследования не установлено) полковник Безъязыков И.М. принял предложение начальника группировки 1-го отдела по аналитической работе разведывательного управления "ДНР".

"Дядя Ваня" и "Луиз" - такими были позывные Безъязыковап, когда он находился у боевиков, отмечает сторона обвинения.

"Для выполнения своих преступных обязанностей (...) Безъязыков получил военную форму российского образца, личное оружие - автоматический пистолет Стечкина, автомобиль и личного водителя (...) а также служебные кабинеты в расположении штаба РУ" ДНР "( ...) ».

Отмечается, что в подчинении Безъязыкова было более 10 человек и он подчинялся "63-му", а также начальнику управления "ДНР" с позывным "Хмурый".

Безъязыков обвиняется в том, что "в период с 25 августа 2014 года по 27 мая 2015 года, находясь на неподконтрольной украинской власти территории - в Донецке, ул. Байдукова, д. 70-72, действуя умышленно, осознавая противоправный характер деятельности террористической организации "ДНР", принимал активное участие в ее деятельности, став членом указанной организации и выполняя в должности так называемого заместителя начальника 1-го отдела по аналитической работе Разведывательного управления "ДНР" преступные обязанности по сбору разведывательной информации о передвижении сил и средств украинских военных подразделений, задействованных в проведении АТО на востоке Украины, участие в подготовке и проведении информационных операций с целью дискредитации ВСУ и руководства государства Украина в целом, а также выполнению других указаний руководства РУ "ДНР".

Ему инкриминируют совершение государственной измены (ч. 1 ст. 111 УК Украины) и участие в деятельности террористической организации (ст. 258 УК Украины). 

На брифинге после его ареста руководитель аппарата СБУ Александр Ткачук заявил, что Безъязыков уже после возвращения ездил в РФ для передачи информации.

По словам самого Безъязыкова, следователи СБУ (обвинительный акт подписан следователем главного следственного управления СБУ Игорем Будником и прокурором ГПУ Олегом Пересадой, также Безъязыков вспоминает полковника Яновского) предлагали ему признать себя виновным по ст. 258-3 Уголовного кодекса ("создание террористической организации") без доказательств, и если он это не сделает, то ему предъявят дополнительное обвинение в 111 ст. ( "государственная измена").

Обвинение в суде в день допроса Безъязыкову представлял прокурор Михаил Тишин, который отказался комментировать дело.

Откуда взялось дело и при чем тут МН17

Дел по Безъязыкову было два. В 2015-2016 годах СБУ расследовало дело о похищении полковника. Телефонные записи и переписку, которые следователи презентовали в обвинении против Безъязыкова в качестве доказательств, а также информацию о гаджетах, которыми он пользовался, предоставила его жена Маргарита, которая была заинтересована в возвращении мужа домой.

Впоследствии дело об исчезновении полковника закрыли за отсутствием признаков уголовного преступления. Сам Безъязыков, по информации его адвоката Виталия Тытыча, пытался по возвращении дать как можно больше информации, однако им никто не интересовался.

Когда СБУ установила связь "разведывательного управления" так называемой "ДНР", его "сотрудников" к процедуре перемещения БУКа, которым сбили самолет МН-17, то решила допросить Безъязыкова.

В его показаниях не было информации о самой катастрофе, или подготовке к ней, или участии лиц, но он узнал руководителя этого "разведывательного управления" - "Хмурый" и мог узнать его по фото.

"Два человека оттуда (“разведывательного управления", - LB.ua) идентифицировали благодаря показаниям Безъязыкова", - говорит адвокат Безъязыкова, Виталий Тытыч, напоминая, что полковника удерживали в этом "управлении".

Вiталiй Титич

Виталий Тытыч. Фото: Юридическая газета

"Ему предлагали предоставить показания, что он знает о финансировании так называемого разведывательного управления "ДНР” со стороны РФ", - говорит Тытыч.

На момент ареста Безъязыкова ему предъявили подозрение в сотрудничестве с террористами. Уже после того, как он отказался давать ложную, как он считает, информацию, ему предъявили еще одно подозрение - в госизмене.

Свидетели обвинения оказались свидетелями защиты

Во время предыдущих заседаний на стадии допроса свидетелей стороне защиты было отказано в допросе всех свидетелей, говорит Тытыч. Единственный допрошенный свидетель защиты - жена Безъязыков.

Со стороны обвинения был допрошен вышеупомянутый Руслан Косинский.

"У них ключевой свидетель - майор Руслан Косинский, которого якобы вербовал Безъязыков. Обвинение базировалось на показаниях Косинского. Трижды его в суде допросили, и он опроверг, что Безъязыков его склонял к чему-либо", - говорит адвокат обвиняемого Виталий Тытыч.

В основе обвинения же лежат утверждение, что во время допроса Косинского боевиками Безъязыков склонял того к сотрудничеству с террористами.

В ходе расследования майор юстиции Валерий Шмигельский и капитан глубинной разведки Евгений Мандажи, которые попали в плен вместе с Безъязыковым, и другие военнослужащие не подтвердили сотрудничества обвиняемого с террористами.

Доказательства поведения

"Это дело - ужас для гражданина Украины. Они не вызвали ни одного нашего свидетеля. В течение досудебного расследования, которое длилось несколько месяцев, провели одно следственное действие. Доказательствами по делу является набор фраз. Склеены ли эти записи, кто их собирал, каким образом - непонятно, но в любом случае на этих разговорах нет ничего, что было быть предметом обвинения", - говорит адвокат Тытыч. 

По версии прокурора Олега Пересады, Безъязыков - не военнопленный, и это якобы следует из расшифрованных разговоров.

"Он, согласно иерархии, занимал не последнюю позицию в этой организации, давая указания и поручения другим членам террористической организации", - прокомментировал он.

"Многих наших военнопленных сегодня судят за де-факто войну, которая регулируется международным гуманитарным правом, третьей Женевской Конвенцией в отношении военнопленных", - рассказал LB.ua другой адвокат Безъязыков Олег Веремиенко, во время перерыва в суде.

Адвокати Олег Веремієнко(злiва) та Віталій Титич під час засiдання суду.

Адвокаты Олег Веремиенко (слева) и Виталий Тытыч во время заседания суда. Фото: Мария Лебедева

На эту тему: Дело Безъязыкова: СБУ оправдывает свое существование?

По его словам, в действиях Безъязыкова нет состава преступления. "Нет доказательств того, что Безъязыков перешел на сторону врага, нет. Все, что он делал, он делал под давлением. За отказ его могли убить", - отметил адвокат. 

"В теории уголовного права есть термин "улики поведения". Это когда человек совершает определенные действия, из которых можно сделать вывод о его намерениях или предположить существование определенных событий. Он (Безъязыков, - LB.ua) не предусматривал возможности привлечения себя к уголовной ответственности. У Безъязыков это касается в том числе и эпизода его возвращения в Украину. Он - опытный разведчик. Он понимал, что его могут прослушивать все время своего пребывания там. Он понимал, что его компрометируют, когда, как обезьянку, показывают всем и водят за собой. Безъязыков, находясь в плену, принимал все возможные меры, чтобы вернуться домой, поняв, что кроме его семьи, никто не спешит этого делать", - добавил Веремиенко.

Мария Лебедева,  опубликовано в издании  LB.ua

Перевод: Аргумент


На эту тему:

 

 

 

 

Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com