Воин УПА Петр Саранчук. «Вступил в банду несовершеннолетним»

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

 Петр Саранчук был трижды осужден советской властью - за участие в УПА, хранение националистической литературы и антисоветские разговоры и, в конце-концов - по ложному обвинению за криминал. Отбыл в лагерях 28 лет. Но не сломался и до конца дней был ироничным человеком и ревностным христианином.

Это интервью было подготовлено 21 год назад для маленькой николаевской газеты "На страже”. Тогда выход этого текста стал почти сенсацией. Как? В русскоязычном "городе корабелов" живут "бандеровцы"?

 Да, хотя и не по своей воле. После первого лагерного срока многим галичанам не было разрешено возвращаться на малую родину. Поэтому они пустили корни там, где удавалось зацепиться - за родственников, бывших собратьев по заключению, прямо у добрых людей.

 ...Этот разговор является первым коротким рассказом уже пожилого человека - жителя Николаева Петра Саранчука, участника национально-освободительного движения 1940-х годов. Петр Степанович отбыл в лагерях со времен Сталина до времен Горбачева огромный срок - 28 лет. Его судьба - это судьба нашего народа.

Петр Саранчук (слева) с отцом и родными

 - Петр Степанович, расскажите читателям - откуда Вы родом, как стали на путь борьбы?

 - Родом я из Тернопольской области, из большого села Конюхи. Это - Северная Бережанщина. Родился в 1926 году. Отец мой - старый просветитель, бывший куренной писарь Украинской Галицкой Армии в походе на Восточную Украину.

Образование получил в нашем селе, 7 классов польской школы. В нашем доме было много украинской литературы - оттуда к ней моя любовь.

 Большую просветительскую деятельность вел наш священник - Ксенофонт Сосенко. Он получал много книг, детских журналов - "Дзвін”, "Дзвіночок" и др.. Случалась и историческая литература, как, например, "История украинского войска". Мы и пользовались ею.

Могила отца Сосенко на старом кладбище в Конюхах. Фото - Вахтанг Кипиани

 В 1942 году меня забрали на работу в Германию. Из загруженного вагона удалось сбежать. Вот тогда я и перешел к нелегальной работе в молодежной организации "Украинское юношество".

 В 1943 году попал в Бережанах в “Хліборобний Вишкіл Молоді” (аграрное обучение молодежи - А), который охватывал 3 района - Пидгаевщину, Бережанщину и Рогатинщину. Нас было 280 человек. Под прикрытием подготовки квалифицированных работников сельского хозяйства инструкторы занимались военной подготовкой молодежи.

 - Это была официальная структура?

- Да, официальная, но в ней военные дисциплины преподавали подпольщики - инструкторы из ОУН.

 Один из инструкторов по фамилии Барылко погиб на Пасху 1947 года в моем селе. Он принадлежал к Восточному куреню "Байды". Сначала он был политвоспитателем в отделе полтавчан, а затем районным пропагандистом. 

В тему: В Интернете стали доступны свыше 10 тысяч документов по истории ОУН и УПА

Вместе с односельчанами в Конюхах. 1940-е гг.

 Но перед тем, в 1944 году с появлением большевиков курень "Романа" сформировал в нашем районе курень (отряд - А) новобранцев. Туда были мобилизованы старые военные всех армий - польской, немецкой, русской, старые украинские воины. Они занимали всю службу, аж до взводного. Кошевые, куренные, сотенные были направлены из других подразделений УПА.

 Мне тогда уже исполнилось 17 лет, и я пошел в армию добровольно.

 Бои для нас складывались не очень удачно. Нас разбили между Бережанами и Рогатином в ноябре 1944 года. После отступления, вызванного поражением, я был назначен кустовым проводником (командиром ячейки - А) "Українського юнацта” (“Украинского юношества» - по русск. - А). Куст продержался до апреля 1945 года, до так называемой "генеральной облавы" - "красная метла".

 Местная сеть (повстанцев - А) подверглась страшному разгрому. Пришлось формировать новую организацию. Так я стал станичным (руководителем - А)... Организация была пополнена военными из реформированной сотни из нашего района. Они и были разбросаны по “боевкам”. Через 10 месяцев я перешел к "Бею", который был командиром СБ (Службы безопасности - А) на северной Бережанщине. “Боевка” была расположена в селе Ценив.

 После блокады этих территорий в 1945 году я попал на хуторе Залесье в большевистскую засаду. Оттуда начался мой тюремный "стаж”.

Петр Саранчук вскоре после освобождения по первому сроку

 - Петр Степанович, сколько Вам было лет в то время?

 - Девятнадцать. В 1946 мы были этапированы в Тернопольскую тюрьму, где прямо в камере "тройка" зачитала мне приговор без суда и следствия.

 Мне определили 15 лет каторги и 5 лет лишения гражданских прав - с отбыванием в дальних лагерях без связи с родными и близкими. Пройдя лагерные пытки, я стал инвалидом, или как тогда говорили - "некатегорийным мужчиной". Уже с инвалидами я попал в Пермь, где находился 35-й лагерь (впоследствии ставший местом заключения десятков диссидентов - А).

Так выглядит бывшее здание тернопольского НКВД в наши дни. В подвале работает мемориальный музей

 - Чем встретил Вас лагерь, с чего началось "сидение"?

 - Зимой 1947 года началась эпидемия брюшного тифа. Эта болезнь возникла из-за продуктов, которые нам давали - соевый жмых и гнилую камбалу, списанную из воинской части. Лагерь после этого слег, у всех был кровавый понос. Организовали это отравление начальник майор Северов и санврач старший лейтенант Суворов. Это продолжалось до весны 1948 года. 

В тему: Как убивали наших отцов и дедов: эссэсовцы в сравнении с чекистами были ангелами

 Я не знаю, сколько тогда людей погибло. Ведь это было фактически 2 лагеря. Работала похоронная команда из 28 человек. Ежесуточно на кладбище вывозили 15-18 покойников.

 Оттуда я попал в Забайкалье - Тайшет. Сменил 5 лагерей за год. Там встретил бывшего командира УПА «Север» "Верещаку" (настоящие имя и фамилия - Федор Воробец), почаевского командира "Малюту". Были мы в инвалидной колонии. Оттуда, весной 1950 г., меня направили в Норильск, в каторжный 14-й лагерь, где было очень много украинцев.

Рабочие-политзаключенные в Норильске

 - Господин Петр, Вы, вероятно, участвовали во всемирно известном восстании заключенных, о котором упоминает и Александр Солженицын в книге "Архипелаг ГУЛАГ"?

 - Да, в 1953 году состоялось восстание, в котором было задействовано 6 лагерей. Оно описано Даниилом Шумуком (сейчас живет в Торонто [вернулся в Украину, в 2004 г. похоронен на Донбассе, в г. Красноармейск]) в книге "Пережите й передумане: Спогади й роздуми українського дисидента-політв'язня".

 Шесть лагерей - это около 32-35 тысяч человек, вместе с женским лагерем. Восстание продолжалось 2 месяца. Заключенных расстреливали с близкого расстояния. 

В тему: Норильское восстание 1953 года подняли украинцы

Я занимался технической работой, выпуском листовок. Занимал достаточно авторитетную должность "земляка". В нашей группе было 74 человека.
 

"Украинские" места Крайнего Севера

 После разгрома восстания я пошел на "транзит", проехал по всем лагерям, и в 1956 году снова оказался в Тайшете. В том же году по спецрешению Верховного Совета СССР о пересмотре дел мне сняли 3 года. Оставалось досидеть 6 месяцев.

 "Саранчук вступил в банду несовершеннолетним", - так было записано в "определении". За это и был сокращен срок. В реабилитации было отказано.

 В этом лагере, который назывался "Средний", нас обвиняли в "украинско-литовском национализме", а литовцев - в "литовско-украинском". Это при том, что самая большая дружба и общность взглядов у нас была именно с литовцами.

 Лагерная администрация добавляла нам по полгода, и это делалось не судебным решением, а начальственным произволом. Из Тайшета я уволился в ноябре 1956 года и был направлен на Донбасс в Алчевск [в 1992-м - Коммунарск]. Там я получил паспорт.

 - Петр Степанович, чем Вы занимались дальше, став гражданином СССР?

 - Жил у людей в Алчевске, но затем переехал в Николаев. Не получив прописки, поехал в свое село. Оттуда меня сразу депортировали с правом жительства не ближе, чем 101 км к востоку от Збруча.


Так выглядела родная хата в Конюхах, куда не мог вернуться повстанец Саранчук

 Я снова вернулся в Николаев. Депортация не имела срока. На нас право вернуться на родные земли не распространялось. Держался у переселенцев из Галиции. На работу без прописки - не принимали. Впоследствии поступил на компрессоры, потом на бетонный завод. Далее удалось найти работу художника, в этом качестве я проработал 13 лет. 

В тему: Петр Рубан: несокрушимый и забытый

 - Думаю, что "компетентные органы" времени не теряли, им мешал "националист" в Николаеве?

 - В 1970 меня осудили за "антисоветчину", есть статья 62 Уголовного кодекса - "агитация и пропаганда". Во время следствия инкриминировали то, что я встречался с земляками, налаживал связи. Еще один пункт обвинения - брошюра с материалами IV Большого Сбора ОУН, который состоялся в 1968 году в Виннипеге (Канада - А). Автор брошюры - Кравец. Во время обыска в 1969 году у меня ее изъяли. После полугодичного следствия присудили 8 лет особого режима.

 Оказался я на "десятке", лагерь № 10 в Мордовии. Встретил там повстанцев, которые досиживали свои 25 лет. Далее мой путь лежал через Сосновку, известную на весь мир уже тогда. Там я встретился с политзаключенными 70-х. Это ленинградская группа "самолетчиков" Эдуарда Кузнецова. С ним я просидел в одной камере 3 года, с Юрием Федоровым - 4 года. Это чрезвычайно добрый человек, глубоко верующий, (сейчас) живет в Нью-Йорке.

 В том же лагере я встретился со Святославом Караванским, и с бывшим со-каторжанином Шумуком. Пришлось немного помочь в написании его книги о Норильском восстании. 

В тему: Последний свидетель Воркутинского восстания
 

Маленькая пасхальная открыточка, которая, несмотря на лагерную цензуру, пришла к родным от заключенного Петруся

 В лагерной больнице встречался с Валентином Морозом, Василием Стусом, Михаилом Хейфецем, Борисом Пенсоном и многими другими известными политзаключенными. 

В тему: Война КГБ против диссидентов. Погрому «шестидесятников» - 40 лет

 Здесь сделаем паузу, чтобы привести свидетельство выдающегося украинского поэта Василия Стуса о мордовских больницах: "Лагерная больница - учреждение довольно странное. Назначение ее - совместить кагебистскую жестокость с профессиональным долгом врача. А совместить эти понятия не так просто. Не один из врачей повторяет: "Сначала я чекист, а потом врач. Но ни один кагебист не скажет: "Сначала я врач, а потом уже..." (из книги Вячеслава Чорновила и Бориса Пенсона "Хроника лагерных будней"). 

В тему: Человеки. Семь современников Евгения Сверстюка

 В этом лагере я провел семь лет и два месяца. Затем меня перебросили в Саранск. И уже через Лефортово меня привезли в Николаев.

 Перед освобождением привели меня в КГБ. Прием мне организовал полковник Брик вместе с майором Сухопарой, подполковником Макогоненко, капитаном Яременко. Требовали раскаяния в виде статьи в одной из газет на выбор. Угрожали психушкой, "случайной машиной", которая собьет меня. Обещали и тюрьму. Такие беседы продолжались два года. Закончились они встречей с полковником Князевым, который пообещал: "Будешь сидеть, найдем за что!".

Саранчук (крайний справа) с односельчанами

 Через два месяца меня обвинили в краже на сумму 208 руб. Фактически - не 208, а 46 руб. На эту сумму обвиняли женщину-технолога, которая тоже "проходила" по этому "делу". Присудили мне 5,5 лет с конфискацией - забрали половину собственного дома.

Направили сначала в Изяслав - строгий режим, затем - Луганск. После этого - попал в Ольшанский лагерь на Николаевщине - два месяца "одиночки", изолятор.

 Приезжала комиссия из КГБ, фабриковали "неповиновениие властям", статья 183. Начали готовить в психушку. За 10 дней до окончания срока присудили еще 3 года. Вот так империя отобрала у меня 28,5 лет жизни. Освобождение я получил 28 февраля 1989 года в Краснодоне. Вернулся в Николаев. 

В тему: Историк Дмитрий Билый: «Примерно 25% Донбасса — галичане по происхождению»

 - Петр Степанович, были ли среди политзаключенных "сломавшиеся"?

 - Хочу напомнить Олеся Бердника, который пошел на открытое сотрудничество с лагерной администрацией и КГБ. Я не понимаю, как может существовать "Украинская Духовная Республика" во главе с бездуховной человеком? Как Бердник может вертеться перед глазами тех, на кого он плевал через телевидение?..

 - Какой Вам представляется перспектива создания в Украине собственной армии?

 - Считаю, что без армии не может быть собственного государства. Украина - очень лакомый кусок для многих соседей. В украинской армии должны служить представители всех наций, составляющих народ Украины. Наша армия должна быть такой же многонациональной, как УПА. А если кто-то задумает оружием выступить против Украины, то ветераны готовы стать на защиту Родины.

 - Господин Саранчук, какой Вам видится будущая судьба КГБ, который недавно переименовали в СБУ - Службу безопасности Украины?

 - Думаю, что молодые люди должны заменить старых. С этими руководящими кадрами, на совести которых не одна невинная жертва, строить независимую Украину невозможно. Придет время спросить палачей за содеянное.

За преступления человек должен отвечать. Считаю, этим людям могла бы помочь искренняя исповедь. 

В тему: Цель — Украина. «Дело Гонгадзе», «кассетный скандал»: Марчук, Медведчук и КГБ

- Рядового обывателя продолжают пугать украинским национализмом. Вы националист?

 - Да, я националист еще с тех времен, когда принимал присягу в юношескую организацию УПА. Эту присягу я пронес через всю жизнь и не изменил ей.

 Ни одна нация не может жить без национализма. Некоторые не понимают, что благодаря национализму возникли и Рух, и демократические партии.

 Национализм - это идейная основа нашего государственного строительства. Возьмите программу ОУН в 1943 году и законы, принятые Верховной Радой Украины после 16 июля 1990 года. Вы не найдете принципиальных различий!

 - Вы были членом ОУН? Ваше отношение к тому, что сегодня ОУН распространяет свою деятельность на всю территорию Украины?

 - Я никогда не был членом ОУН, но был участником национально-освободительного движения. ОУН никогда не покидала Украину. Другое дело - в каких формах она действовала. В распространении деятельности ОУН ничего плохого нет. Она сделала для народа все, что могла - отдавала большие силы и понесла большие жертвы.

 Недавно я был на Большом сборе Братства ОУН-УПА. Там было много молодежи из новых организаций. Однако существует угроза вульгарного национализма, особенно среди малообразованных людей с низкой культурой.

Последний покой Петра Саранчука в родном селе Конюхи

 - В конце нашего разговора хочу спросить, что бы Вы хотели бы сказать представителям молодого поколения, тем, кому сегодня двадцать лет?

 - Надо не остановиться на достигнутом, идти до конца. Не выбирайте, что лучше - потому что ошибетесь. Станете дергаться из стороны в сторону, дело не пойдет.

И вера нужна. Без веры человек очень слаб. 

Вахтанг Кипиани, Історична правда

 Перевод: Аргумент


 В тему:

На фото: Петр Саранчук в своем саду в николаевском районе Кульбакино. Фото - Михаил Ткачук, студия "Заповіт”

 

 


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com