«Последний шанс ...»

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:

Вице-премьер-министр Олег Уруский - о мечтах Минстратегпрома и «Мрії».Какие задачи и приоритеты ставит перед собой ведомство на этот, 2021 год

Почти полгода назад, 22 июля 2020 года, в Украине было создано Министерство по вопросам стратегических отраслей промышленности Украины, которое будет отвечать за формирование и обеспечение реализации государственной промышленной политики в сферах развития стратегических отраслей промышленности. И прежде всего, большие ожидания возлагаются на то, что новосозданный орган эффективно проведет реформу оборонно-промышленного комплекса (ОПК) и обеспечит выполнение Государственного оборонного заказа. От чего, разумеется, напрямую зависит обороноспособность страны и ВСУ, чтобы противостоять российской агрессии.

Какие задачи и приоритеты ставит перед собой ведомство на этот, 2021 год, как достроить вторую «Мрію» - Ан-225, и осуществить реформу концерна «Укроборонпром» и всей оборонной промышленности, привлекать частные предприятия для разработки вооружений для ВСУ. Об этом вице-премьер-министр Украины - Министр по вопросам стратегических отраслей промышленности Украины Олег Уруский рассказал в эксклюзивном интервью директору Центра исследования армии, конверсии и разоружения Валентину Бадраку и обозревателю газеты «День» Николаю Сируку.

«ДО СИХ ПОР У НАС С МИНЭКОНОМИКИ НЕ УГАСАЮТ ДЕБАТЫ О ФУНКЦИЯХ НАШЕГО И ИХ МИНИСТЕРСТВ»

М.С.: - Олег, поскольку Минстратегпром находится на завершающем этапе формирования, расскажите коротко, как в целом возникла идея его создания и какой опыт брался за основу? К примеру, в Турции подобным аналогом является Государственное агентство по вопросам оборонной промышленности, во Франции подобными вопросами занимается Генеральная дирекция по вооружению Минобороны (Direction gйnйrale de l'armement - DGA). В соответствии с распределением полномочий в Департаменте обороны США - вопросами закупок, логистики, технологий, оборонной промышленности, экспорта и ВТС занимается заместитель секретаря по закупкам и поддержке (Office of the Under Secretary of Defense for& Sustainment). И что вы скажете на критику некоторых экспертов, которые считают, что сначала основали новое ведомство, а теперь думают, какие задачи ему дать?

- Идея создания центрального органа исполнительной власти в оборонно-промышленной сфере витала в воздухе уже давно, практически с момента ликвидации Министерства промышленной политики в 2014 году. Через некоторое время эксперты начали вести дискуссии о необходимости вернуть центральный орган исполнительной власти. В частности, речь шла о том, что это должно быть: министерство или государственное агентство, или государственная комиссия по вопросам оборонно-промышленного комплекса (ОПК), которая когда-то у нас была. В конце концов, в феврале прошлого года Указом Президента было введено в действие решение СНБО о создании центрального органа исполнительной власти, который бы в первую очередь занимался проблемами оборонной промышленности.

До сих пор у нас с Министерством экономики не угасают дебаты относительно функций нашего и их министерств. Но я бы не говорил, что его сначала создали, а потом думали, чем его занять. Наоборот, было понимание, что именно в этой сфере нет органа, который бы занимался государственной политикой по ОПК Украины.

Уже на этапе фактического создания Министерства и обсуждение возможных кандидатур на должность вице-премьер-министра дискуссия зашла немного в другую сторону, что под опекой этого Министерства должен быть не только ОПК и вся космическая отрасль. Ведь в целом существуют проблемы в промышленности и поэтому в конечном итоге название было сформулировано так: Министерство по вопросам стратегических отраслей промышленности.

На эту тему: Корвет vs 266 км новой автодороги

А сейчас многими разделяется мнение, что наше Министерство должно заниматься многими отраслями. Более того, это подсказывает сама жизнь: представители нашей промышленности обращаются к нам с проблемами и просьбами: одни просят переподчинить, другие - забрать к себе ...

Пока мы на этапе дискуссии, и я надеюсь, возможно, если не финишную точку, то существенно прояснит ситуацию после принятия правительством решения о том, какие отрасли относятся к стратегическим и какие министерства занимаются соответственно этими стратегическими отраслями. На самом деле стратегических отраслей - достаточное количество. Сегодня (интервью записывалось 15 января. - Авт.), кстати, было согласительное совещание по этому вопросу, и со всеми ведомствами мы пришли к согласованию, кроме Минэкономики.

Они пока стоят на той же позиции, что оборонная промышленность и, возможно, часть машиностроительной и ракетно-космической отрасли - входит в Минстратегпром, а остальные - должны оставаться в Минэкономики. Хотя на самом деле МЭРТ должно быть Министерством над всеми другими различными отраслевыми министерствами для того, чтобы быть регулятором, а не игроком и судьей одновременно.

Что касается вопроса, что бралось за основу? В разных странах по-разному опекают оборонную промышленность. Но в каждой стране есть орган исполнительной власти, который занимается формированием как промышленной, так оборонно-промышленной политики.

Турецкий опыт является весьма перспективным с точки зрения того, что мы видим конкретный результат, которого наши соседи достигли в течение последних десятилетий, развивая не только оборонную, а в целом всю промышленность страны. Еще каких-то тридцать лет назад никто не мог представить, что Турция может производить и продавать на рынках мира собственную оборонную продукцию.

Сегодня мы работаем с ними как равные партнеры и многое можем позаимствовать. Я думаю, что мы больше опираемся на наш опыт. У нас был опыт и положительный, и отрицательный. И мы не можем сказать, что у нас все было отрицательно. На самом деле, были моменты, когда мы фактически нашли эту изюминку, как это должно работать. Это было как раз в период, когда была создана государственная комиссия по вопросам ОПК, которая фактически являлась координирующим органом между многими министерствами, которые имели в своем подчинению различные предприятия.

«МЫ ЗАВЕРШАЕМ РАБОТУ НАД СТРАТЕГИЕЙ РАЗВИТИЯ ОПК УКРАИНЫ»

В.Б.: - Какие планы на этот год? Будет ли создано Агентство оборонных технологий? Появятся ли холдинги, или нет?

- Планов у нас достаточно много. И прежде всего, мы завершаем работу над Стратегией развития ОПК Украины. Как вы знаете, в прошлом году была утверждена Стратегия национальной безопасности. И теперь на выполнение этой стратегии должен быть разработан десяток стратегий по различным направлениям, в том числе, что для нас принципиально важно, - Стратегия развития ОПК. Проект документа мы уже разработали на сегодняшний день и направили его на согласование с различными министерствами, ведомствами и организациями. Этот документ и приложение к нему, в котором речь пойдет о реформе концерна «Укроборонпром», будет рассмотрен на заседании СНБО.

Следующая наша принципиальная задача на этот год - имплементация закона «О Государственных оборонных закупках», который вступил в силу с 1 января.

На сегодня министерство разработало около десятка нормативно-правовых актов, из которых четыре мы считаем приоритетными, которые должны быть приняты в первую очередь на ближайших заседаниях правительства, чтобы у нас не было юридических коллизий, чтобы госзаказ спокойно перешел в новую фазу.

И, действительно, мы также планируем создать Агентство оборонных технологий.

В.Б.: - Есть ли средства для этого?

- К сожалению, бюджетных ассигнований на него не выделено. Мы в бюджетный процесс вступили достаточно поздно по объективным причинам. Министерство было создано в то время, когда бюджетный процесс был уже на выходе.

Положение о нашем ведомстве было утверждено за неделю до утверждения правительственного бюджета. А потому все наши попытки в Верховной Раде пока ни к чему не привели.

Мы надеемся, что при внесении изменений в бюджет, которое всегда бывает один или два раза в год, возможно удастся какую-то сумму заложить на финансирование этого агентства. Но пока у нас готовится приказ министра о создании рабочей группы, которая начнет организационную работу. Поэтому это также одна из наших задач на текущий год.

Кроме того, у нас в планах есть три серьезных программы. Речь идет о «Государственной целевой научно-технической программе развития авиационной промышленности Украины на 2021-2030 гг», «Общегосударственной целевой научно-технической космической программе Украины на 2021-2025 годы». По этим двум программам правительством уже утверждены концепции, в частности космической позавчера (интервью записывалось 15 января 2021 г. - Авт.). И мы планируем восстановить, фактически после долгих лет забвения, «Общегосударственную комплексную программу развития высоких наукоемких технологий».

«НАМ НАДО ДВИГАТЬСЯ В ПЛАНЕ КОРПОРАТИЗАЦИИ И РЕФОРМ, НЕ ДОДИДАЯСЬ ПРИНЯТИЯ ЗАКОНА ...»

В.Б.: - А как насчет холдингов?

- Конечно, приоритетом для нас является реформа концерна «Укроборонпром» и всей оборонной промышленности. Мы начали этот процесс в прошлом году. В частности, передача из «Укроборонпрома» в Фонд государственного имущества на дальнейшую приватизацию первых 17 предприятий, которые потеряли связь с оборонной промышленностью, и по активам которых нет никакой заинтересованности с нашей стороны. А также издание приказа о начале корпоратизации.

На этом этапе мы будем отслеживать ситуацию в Верховной Раде по законопроекту 3822 об особенностях управления реформирования предприятий ОПК государственной формы собственности.

Моя позиция такова: нам надо двигаться в плане корпоратизации и реформ, не дожидаясь принятия этого закона. Мы знаем, как в Верховной Раде не просто проходят законопроекты. А этот законопроект не является простым, и я думаю, что по нему будут серьезные дебаты среди депутатов и в экспертной среде, когда он будет обнародован.

Сейчас нам нормативно-правовая база помогает. Хотя этот закон, конечно, является вспомогательным. Будет принят - он поможет, нет - мы будем работать.

Я ожидаю, что в этом году мы выйдем на завершение процесса корпоратизации тех предприятий, которые останутся в составе оборонной промышленности. Остальные будут переданы в Фонд госимущества.

Также одна из задач, которую мы ставим перед собой как Министерство - это создание государственного целевого фонда поддержки оборонной промышленности, наполнение которого могло бы осуществляться за счет продажи непрофильных и профильных активов государственных предприятий, которые будут передаваться в Фонд госимущества.

«ЭТО НАШ ПОСЛЕДНИЙ ШАНС ПОДНЯТЬ НАШУ АВИАЦИОННУЮ ПРОМЫШЛЕННОСТЬ НА КРЫЛО»

М.С.: - Вы упомянули о Государственной целевой научно-технической программе развития авиационной промышленности Украины. Я лично помню два случая в своей жизни, связанные с авиационной отраслью. 11 сентября 2001 года, будучи корреспондентом УНИАН, я наблюдал за тем, как самолет Ан-225 «Мрія» ставил рекорд по поднятию в воздух четырех танков Т-84. А год-два назад СМИ сообщали о восстановлении второго самолета Ан-225, фюзеляж которого находится на заводе «Антонов», и интересе к этому самому большому в мире самолету со стороны Китая.

В 2004 году в качестве редактора новостей Defense Express я освещал выездное заседание Комитета Верховной Рады по вопросам нацбезопасности на заводе «Авиант», в ходе которого было предложено принять программу на сумму 1 млрд. грн. по строительству двух военно-транспортных самолетов Ан-70. Насколько известно на заводе заложили два корпуса этих самолетов.

Третий месседж заключается в том, что совсем недавно президент Украины Владимир Зеленский заявил о намерении создать национальную компанию-авиаперевозчика на базе самолетов «Антонов».

Как вы прокомментируете упомянутые мной примеры и, каким в целом видите развитие авиационной отрасли?

- Хороший вопрос, к тому же комплексный. На самом деле, перед нами стоит задача возрождения авиационной промышленности. Если мы сейчас этого не сделаем, то можем о ней забыть навсегда. Мне кажется, что это наш последний шанс поднять нашу авиационную промышленность на крыло.

И мы все для этого делаем. И как, вы знаете, первые шаги для этого сделаны. Министерство обороны заказало первые три самолета Ан-178. Я надеюсь, что в 2021 году эта тенденция будет продолжаться с точки зрения заказ новых самолетов.

На эту тему: Від 2015 року підписано 8 меморандумів про постачання 34 штук Ан-178, але жоден із них не було виконано - експерт

Относительно национального перевозчика. Действительно, Президентом поставлена задача создать национального перевозчика, и я поддерживаю эту идею. Но это не приход нашего Министерства, а Мининфраструктуры. Некоторое время прошло, насколько я понимаю, сдвигов в этом вопросе нет.

Среди экспертов идет дискуссия по этому вопросу. Действительно, момент не совсем является удобным и благоприятным. Из-за пандемии все авиакомпании сейчас находятся в довольно кризисном состоянии и нуждаются, наоборот, в помощи. Идет много сокращений, а мы здесь говорим о создании национального авиаперевозчика. Однако с точки зрения поддержки нашей авиационной промышленности, конечно, - это необходимый и хороший шаг. Тем более, что на «Антонове» есть восемь недостроенных самолетов Ан-158, которые можно было бы достроить, привлекая определенные финансовые ресурсы. А потом передать через лизинговую компанию национальному перевозчику.

Я считаю, что должна быть возрождена лизинговая компания, как это в свое время было с «Антонов-финанс», через которую пытались тогда передавать самолеты «Ан» авиакомпаниям. Сначала это имело положительный результат, а затем в связи со сменой руководства вмешался субъективный фактор, и все было спущено на тормозах.

М.С.: - А что произошло с упомянутыми двумя самолетами Ан-70?

- Один самолет Ан-70 был построен и он в нормальном состоянии сохраняется на ГП «Антонов». Министерство обороны его не использует, хотя является его владельцем. Мы этот вопрос подняли с министром, когда состоялось подписание соответствующих меморандумов между Министерством обороны и ГП «Антонов». Министр заверил, что разберется с этим вопросом.

«СЕЙЧАС МЫ ВЕДЕМ ПЕРЕГОВОРЫ С НАШИМИ ТУРЕЦКИМИ ПАРТНЕРАМИ (по достройке «Мрії»)

М.С.: - К слову, в 2003 году я брал интервью у посла Малайзии в Украине, который тогда базировался в Польше и находился временно с визитом в Киеве, о возможности закупки этой страной Ан-70-х. Он ответил, что для его страны важно, чтобы эти самолеты находились на вооружении в ВСУ и чтобы с этими крылатыми машинами могли познакомиться малазийские летчики...

- Так поступает большинство руководителей, которые ставят первый вопрос, а есть ли самолет у вас на вооружении или нет. Как и в отношении любого другого образца вооружений.

На эту тему: Оборонная промышленность Украины: печальные тренды

А по «Мрії», то, действительно, у нас, как вы правильно заметили, есть фюзеляж и крыло для второго самолета. Самое главное, что есть центроплан, который мы в свое время, я считаю, очень правильно сделали, когда за счет нашей первой национальной космической программы забрали из ташкентского предприятия и на самолете «Антей» перевезли в Украину в 1993 году. Если бы мы этого не сделали, то о достройке «Мрії» могли бы только мечтать.

На самом деле, как вы понимаете, в том виде, в котором существует первый экземпляр «Мрії», речь не может идти о достройке. Ведь сейчас невозможно обеспечить комплектацию, которая была предусмотрена тогда. С одной стороны, в подавляющем большинстве нет тех предприятий, которые изготавливали агрегаты. С другой стороны - мы не поддерживаем сотрудничества с теми, которые еще остались в России.

Проект довольно дорогой. Но мы ищем инвесторов. В свое время, как я слышал, были переговоры с КНР, сейчас мы ведем переговоры с нашими турецкими партнерами, предварительно готовы рассмотреть эти вопросы.

М.С.: - И посол Турции в Украине Ягмур Ахмет Гюльдере в интервью «Укринформ» накануне Нового года подтвердил интерес турецкой стороны к развитию сотрудничества в авиастроении ...

- Дважды этот вопрос обсуждался. Во время визита президента в Турцию и во время предыдущего визита премьер-министра. Два раза я давал президенту Турецкой Республики объяснения, что это за самолет, для чего он предназначен, каковы его характеристики.

«РАЗРАБОТЧИК ВПРАВЕ ПОСТАВИТЬ ДВИГАТЕЛИ ДРУГОГО ПРОИЗВОДИТЕЛЯ, ЧТОБЫ ПРОДАВАТЬ САМОЛЕТЫ»

В.Б.: - Вы сказали, что есть задача возрождения авиационной промышленности. Без экспорта украинских самолетов - это очень трудно или наверное невозможно сделать. Известно о многих предложениях поставлять украинские самолеты «Антонова» с западными двигателями и сертифицировать их в Европейском агентстве или Американской службе. Каково ваше отношение к этому, и можем ли мы такие делать вещи?

- Мое отношение абсолютно нормальное. На рынке существует конкуренция и, конечно, я как нормальный украинец хотел бы, чтобы на наших самолетах были наши двигатели. У нас есть предприятие, которое способно это делать. Ясно, что речь идет о «Мотор-Січ».

Но я считаю, что разработчик самолета имеет право выбора. Конечно, мы должны делать какую-то дельту, чтобы этот выбор был в пользу нашего производителя, но даже если эта дельта не позволяет данному самолету конкурировать на мировых рынках, то разработчик вправе поставить туда двигатели другого производителя, чтобы продавать самолеты.

Сейчас мир настолько плотный и очень требовательный на авиационных рынках, как мне кажется, что можно идти на такие шаги.

В.Б.: - И соответственно работать со структурами сертификации ...

- Сертификация в целом - это отдельная тема. Мы очень много времени потратили. Нам надо было уже давно завершить все процедуры, чтобы мы могли спокойно проходить сертификацию в Европе и Америке. Конечно, это не просто, надо нашу промышленность к этому готовить. Необходим переходный период. Впрочем, если бы мы начали это делать с самого начала независимости, то за эти годы наверняка давно бы сделали.

М.С.: - Олег, сегодня (интервью записывалось 15 января. Авт.) стало известно, что Министерство торговли США ввело санкции против китайской компании Skyrizon, которая является инвестором украинского авиационного предприятия «Мотор-Січ», чиз-за «угрозы нацбезопасности». Как вы можете это прокомментировать?

- Известно, что репутация этих китайских инвесторов не является прозрачной в самом Китае и против них ведутся определенные действия относительно того, соответствует ли законодательству их деятельность. Опасность заключается в том, что компания, насколько я информирован, имела определенные долговые обязательства. И активы «Мотор-Сич» могли бы быть списаны как долги этой компании. Я не знаю, достоверно это или нет.

М.С.: - А как в целом решить эту ситуацию?

- Это частная компания и государство вмешиваться туда не вправе. Но государственные органы не могут наблюдать за судьбой стратегического предприятия, которое является важным для экономики страны, а также для региона тем более, учитывая то, что компания является градообразующей. Ясно, что мы переживаем, но делаем все в рамках законодательства Украины.

На эту тему: «Мотор Сич»: «гибридная война» на уничтожение стратегического предприятия

«... ПОСЛЕ КОРПОРАТИЗАЦИИ ВСЕ 100% АКЦИИ БУДУТ НАХОДИТЬСЯ У ГОСУДАРСТВА»

В.Б.: - Создаются холдинги. Допустим, они будут созданы не сегодня, так завтра. Какова ваша позиция относительно доли украинского государства в этих холдингах: 50% плюс одна акция или вообще одна золотая акция? И нужно ли тому же «Антонову» предоставить полномочия самостоятельно вести внешнюю экономическую деятельность или вертикаль в Аэрокосмических системах будет очень жесткой?

- На первом этапе реформа предусматривает, что после корпоратизации все 100% акций будут находиться у государства, тем временем часть акций самих предприятий будут переданы одному холдингу, а часть общему холдингу. Что касается самих пропорций - сейчас идут дискуссии.

В проекте закона заложено, что пакеты акций будут внесены в уставный капитал. Это одна позиция. А управляющая компания будет управлять акциями, которые остаются у предприятия. Но пока речь идет о том, что все будет оставаться в государственной собственности, в том числе все 100% акций. А уж когда будет сформирована нормальная корпоративная система управления этими холдингами, то государство при наличии стратегического инвестора и его заинтересованности в инвестициях сможет рассматривать вопрос о продаже определенного пакета акций.

В.Б.: - А какой части, половины или 49%?

- В каждом конкретном случае это будет рассматриваться отдельно. Но я не исключаю, что может быть продано то или иное количество акций. Это является темой переговоров. Один инвестор может прийти и скажет, я хочу 50%, иначе для меня нет смысла вкладывать свои средства. Другой скажет: мне достаточно 30%, чтобы участвовать.

Так же могут наши частные компании захотеть купить часть государственной холдинговой компании.

В.Б.: - И это можно?

- А почему бы и нет. Это как раз то, к чему мы должны прийти в конечном счете реформ. Создать бизнес-среду, чтобы бизнес нормально работал.

А что касается «Антонова», то я вообще считаю, что холдинговые компании в процессе своего становления, набирая силу, будут переходить на самообслуживание - проводить импорт/экспорт и становиться полноценными игроками на рынке. А спецэкспортеры в этом контексте вообще будут отмирать.

Сколько этот переходный период продлится - сейчас трудно сказать: три-пять лет. Если реформа будет идти, так как надо, и все будет происходить должным образом, то мы именно до такой модели дойдем.

«В КАЖДОЙ СТРАНЕ ЕСТЬ ПОДДЕРЖКА ГОСУДАРСТВА ТАКИХ СТРАТЕГИЧЕСКИХ ОТРАСЛЕЙ КАК РАКЕТО-КОСМИЧЕСКАЯ И В ЧАСТНОСТИ АВИАЦИОННАЯ”

М.С.: - В США бизнесмен Маск за шесть лет фактически создал частную ракетобудивельну компании SpaceX ... Можно ли у нас создать подобные условия для частного бизнеса?

- Если внимательно проанализировать ракето-космическую составляющую «империи Маска», то там государство принимает очень активное участие. Он только начал эту кампанию как стартап, а государство поняло, что лучше это перевести в частную плоскость и формально это выглядит как частная компания. Но если мы проанализируем все под микроскопом, то увидим, что в тех или иных позициях идет очень серьезная государственная поддержка.

Это своего рода микс. Так же в каждой стране есть поддержка государством таких стратегических отраслей как ракето-космическая, в частности авиационная. Это касается и Boeing, и Airbus. Там постоянно существуют дебаты относительно того, как эти компании поддерживает государство. Одни это делают через государственный заказ, другие через государственные субсидии.

Так или иначе существует поддержка государства. Кстати, сегодня я как раз проводил совещание по ситуации на Харьковском авиазаводе. Минфин говорит, если сейчас мы им спишем долги (а там действительно катастрофа), то поставим это предприятие в неравное положение с другими предприятиями. Но я говорю: давайте сначала определимся с приоритетами. Президент сказал, что авиационная отрасль у нас сегодня в приоритете - давайте ее поднимать и ставить на крыло.

Мы должны сказать, что это высокотехнологичная отрасль, это престиж государства, а потом если все правильно делать, то это серьезные экономические дивиденды.

В.Б.: - Вы упомянули о спецэкспортерах и справедливо. Вопрос: вы уже изменили решение, чтобы их передать под «крыло министерства», как было в первоочередной схеме?

- Моя позиция остается неизменной. Я считаю, что спецэкспортеры не должны входить в новые оборонные холдинги и компании, а должны быть подчинены Министерству.

В.Б.: - А могут ли спецэкспортеры, на ваш взгляд, превратиться в инвестиционные компании?

- Почему бы и нет? Они такими должны были быть с самого начала. И так задумывалось, наконец. Отчасти это было реализовано.

Может, они станут частью Агентства оборонных технологий. Возможно, государственное инновационное финансовая кредитное учреждение поглотит их. Пока по всем этим вопросам ведется дискуссия.

«НАША ПОЗИЦИЯ, ЧТОБЫ МАКСИМАЛЬНО ЗАГРУЖЕНЫ БЫЛИ ПРЕДПРИЯТИЯ СУДОСТРОИТЕЛЬНОЙ ОТРАСЛИ УКРАИНЫ»

М.С.: - Мы имеем меморандум о сотрудничестве с Великобританией по строительству ракетных катеров, подписанный во время визита Зеленского в Лондон. С другой стороны, во время визита в Киев президента Директората оборонной промышленности Исмаила Демира была достигнута договоренность с Турцией о строительстве в Николаеве корвета, а также в этом городе до сих пор стоит крейсер «Украина». Можете прояснить, что происходит с этими вопросами?

- Что касается крейсера «Украина», эта история тянется уже десятки лет и переходит, как «переходящее знамя», от правительства к правительству, но до сих пор решение не принято. То, что он не может вообще быть введен в состав ВМС, понятно. Более того, этот крейсер мешает заводу, занимая место. И третье, что в этом году принято решение о демилитаризации корабля, снятии полностью всего вооружения. А после этого можно будет принято решение о его продаже, а нет, то утилизации.

Ситуация с ракетными катерами. В прошлом году Министерство обороны подписало соответствующий меморандум. Сейчас мы ожидаем конечной реакции британской стороны, потому что пока нет до конца определенности, какой это будет тип катера. Есть понимание по вооружению на этих катерах, и локализация строительства этих катеров должна быть в Украине. Пока неизвестно, сколько катеров будет построено на верфях в Великобритании, или мы сразу перейдем на локализацию в Николаеве. Все это предмет дополнительных переговоров, которые, я надеюсь, в этом году будут продолжены Министерством обороны.

Наша позиция, чтобы максимально загружены были предприятия судостроительной отрасли Украины. А уж какие характеристики или параметры - это приход Министерства обороны, ВМС.

По корвету мы продвинулись гораздо дальше, потому что фактически подписан контракт с турецкой стороной. И предполагается начало первого строительства корабля на турецкой верфи, а всех последующих - уже в Украине. Остается до конца не решенным вопрос использования наработки проекта 58250 - корвета «Владимир Великий». Там были сделаны серьезные наработки и было бы правильно каким-то образом их использовать. Хотя я не уверен, что это возможно.

Принципиальным является вопрос силовых установок для корветов. Позиция министерства заключается в том, что это должны быть однозначно наши газотурбинные установки производства ГП «Зоря - Машпроект».

М.С.: - В своем первом интервью «Дню» французский посол Этьен де Понсен отметил, что поставка 50 вертолетов в Украину «символизирует не только смену системы авиационной безопасности, но и в целом изменение менталитета. Ведь речь идет о переходе от советского прошлого в этой сфере до модерновых западных технологий и стандартов». А что вы лично думаете о значении этого соглашения для нашей страны?

- Я не хочу сейчас вдаваться в детали самого контракта, потому что это было подписано до того, как было создано Минстратегпром. Я не знаю, как он выполняется, потому что ведется другим ведомством. Мне не корректно его комментировать.

Тоже самое касается контракта по строительству катеров производства французской компании OCEA. В прошлом году я посещал предприятие в Николаеве, где должна быть локализация по катерам, которые закупает Украина у французской стороны. Тогда на заводе «Нибулон» велись подготовительные работы, чтобы начать производство.

В.Б.: - Сейчас очень серьезно выросла частная промышленность. В будущем будет рассматриваться создание консорциумов или каких-то команд под выполнение каких-то конкретных задач, например проектирование и производство ЗРК или еще чего-то. Как нужно решить вопрос финансирования подготовки производства для таких команд, для частных предприятий или для совместных групп?

- Это, действительно, принципиальный вопрос, и моя позиция такова: если выполняются проект в рамках государственного оборонного заказа, то нет для меня принципиальной разницы, кто его выполняет: или частная компания, или государственная. Они в равной степени имеют право на поддержку государства в отношении оснащения их соответствующим оборудованием, что осуществляется в рамках реформирования ОПК.

М.С.: - Короткий вопрос о военно-техническом сотрудничестве между Украиной и Польшей. Как-то во время общения с польскими журналистами я услышал такое мнение: что объединив свои военно-технические потенциалы, Украина и Польша могут самостоятельно противостоять российской военной махине. Что вы скажете на это?

- Правильно. Но я бы сейчас не говорил о том, что надо против кого-то объединяться, а за то, чтобы объединяться за себя, за нас. Я считаю, что, действительно, у нас есть хороший потенциал, и мы соседи. Есть возможности и заинтересованность. Надо просто импульс нормальный предоставить, поехать и по-серьезному поговорить.

Действительно, кое-что мы покупаем в Польше, и в то же время предлагаем свое. У них есть заинтересованность в зенитно-ракетных комплексах, ракетоносителях. Поляки интересуются нашими ракетными системами залпового огня и хотят у себя наладить их производство. Я за то, чтобы мы как можно плодотворнее, крепче, ближе сходились именно в военно-техническом сотрудничестве с Польшей. Это наш совершенно близкий и нормальный стратегический партнер.

Микола СІРУК, «День», Валентин БАДРАК, директор ЦДАКР;  опубликовано в издании  День


На эту тему:


Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Последние новости

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть

© 2011 «АРГУМЕНТ»
Републикация материалов: для интернет-изданий обязательной является прямая гиперссылка, для печатных изданий - по запросу через электронную почту. Ссылки или гиперссылки, должны быть расположены при использовании текста - в начале используемой информации, при использовании графической информации - непосредственно под объектом заимствования. При републикации в электронных изданиях в каждом случае использования вставлять гиперссылку на главную страницу сайта www.argumentua.com и на страницу размещения соответствующего материала. При любом использовании материалов не допускается изменение оригинального текста. Сокращение или перекомпоновка частей материала допускается, но только в той мере, в какой это не приводит к искажению его смысла.
Редакция не несет ответственности за достоверность рекламных объявлений, размещенных на сайте а также за содержание веб-сайтов, на которые даны гиперссылки. 
Контакт:  uargumentum@gmail.com