Роберт ван Уоррен: Большинство психиатров в СССР или работали на КГБ, или были сексотами

|
Версия для печатиВерсия для печати
Фото:  Роберт ван Уоррен

Советский психиатрический террор ничем не уступал по своей жестокости нацистским программам по эвтаназии. Нидерландский советолог Роберт ван Уоррен о репрессивной психиатрии в СССР и ее видоизменениях, доживших до нашего времени. В том числе и в Украине.

Советский психиатрический террор ничем не уступал по своей жестокости нацистским программам по эвтаназии, под которые также подпадала уязвимая социальная группа психически больных. Кара психбольницей не хуже мордовского концлагеря физически и душевно ломала человека.

Генеральный секретарь организации «Глобальная инициатива в психиатрии» Роберт ван Уоррен уверен: недавней истории СССР следует предоставить широкую огласку, чтобы спасти общество от возможных повторений советской практики репрессий психиатрией. Проблема злоупотреблений в этой области очень актуальна и сейчас. Яркий тому пример — попытка российских властей «спрятать» в психиатрической больнице полковника Буданова.

— Какое место занимали психиатрия и психбольницы в репрессивном арсенале комунистичного режима? Можно ли утверждать, что это было изобретение советских спецслужб, а такие заведения использовали в политических целях и раньше?

— Первый индивидуальный случай зафиксирован сразу после октябрьского переворота, когда в психушку попала Мария Спиридонова. Было еще несколько человек, которые не слишком понравились большевикам. В 1930-х годах политическими были большинство пациентов в Казани, но идея виделась совсем иной. Это было что-то похожее на ситуацию в Польше 1981 года во время военного положения, когда диссидентов удерживали в психбольницах, чтобы те не оказались в лагерях.

В СССР все изменилось после 1948 года, когда, психиатрию начали применять по политическим мотивам. Например, в тюремной психбольнице той же Казани сидел первый президент Эстонии Константин Пятс. Постепенно число людей увеличивалось. Однако исследователи преимущественно сходятся на том, что этот метод взял на вооружение, став председателем КГБ, Юрий Андропов. Его первой задачей было сломить диссидентское движение, и, очевидно, он решил, что психиатрия — именно то, что для этого нужно.

Специальных психбольниц в СССР было 16, в частности в Благовещенске и Волгограде. Многие до сих пор закрыты. Диссиденты попадали в общие заведения или на короткий срок, два-три месяца, с целью запугивания, или после длительного пребывания в специальной психбольнице, до своего возвращения назад в общество. По нашим подсчетам, около трети всех диссидентов были брошены в психушки, а еще одна треть оказалась в советских лагерях.

В тему: Десять отважных. Все основатели Украинской Хельсинской группы

Мы долго выясняли, по каким же критериям одних диссидентов отправляли в лагеря, а других — в психлечебницы. Видимо, это зависело от человека. Очевидно, был расчет, что тех, кто для зоны оказался слишком сильным, бросали в психушки. Но если человек все-таки оказался там, и его дело получило огласку за рубежом, то его или ссылали в лагеря, или увольняли и впоследствии заводили новое дело.

— Какой была советская психиатрия после Сталина — при Хрущеве и позже? Почему врачи так легко пошли на сотрудничество с КГБ? Понимали ли они, что делают?

— Это ключевой вопрос. Советская психиатрия с 1950 года оказалась оторванной от мировой. На знаменитом заседании Академии наук и Академии медицинских наук павловская школа академика Андрея Снежневского стала главной и единственно правильной. Большинство психиатров в СССР или прямо работали на КГБ, или были сексотами, например академики Георгий Морозов, Николай Жариков или Марат Вартанян.

Рядовые специалисты отрасли, которых готовили в Союзе, знали только учение московской школы, важной частью теории и практики которой была так называемая замедленная шизофрения. Диагноз, который использовали против диссидентов.

На самом деле это очень серьезное и коварное психическое заболевание, которое начинается медленно, незаметно. Человек думает, что он здоров, и его окружения также ничего не замечает. Главными проявлениями являются навязчивый поиск правды, настойчивость, желание реформ, самоуверенность и т.д.. Такие симптомы были очень подходящими для объявления диссидентов психически больными людьми.

Узкий круг известных советских психиатров, которые могли свободно выезжать за границу, прекрасно понимал, чтó делает, однако, я уверен, 99% их коллег или не знали, или действительно были уверены, что диссиденты — сумасшедшие. Или отдавали себе отчет, что происходит что-то нечистое, но хотели жить, и должны были идти на компромиссы с режимом.

— А что относительно прав психически больных людей в СССР? Чем ситуация отличалась от модели в западных странах?

— Условия жизни в психиатрических учреждениях Союза были очень похожи на те, что были на Западе в 1920-1930-х годах. Я впервые попал в обычное советское психиатрическое отделение летом 1991 года в «Павловке». Тот запах забыть невозможно, и это страшно. Такого я почти никогда и нигде не видел за свою практику ни в Африке, ни в Азии.

Советские сумасшедшие не имели прав, и защиты для них также не существовало. Лечение было очень жестоким — большие дозы галаперидола, аминазина, маетила, шоковая терапия инсулином, сульфазин. Все это на Западе давно исчезло, а в СССР и после его распада в постсоветских странах это использовали. В начале независимости Украины люди умирали от сахарного диабета, потому что не хватало инсулина, а вот в психбольницах его было достаточно, потому что там надо было делать шоковую терапию.

— Как и где используют психиатрию в политических целях сегодня?

— В РФ до сих пор случаются случаи злоупотребления психиатрией, хотя это и не государственная политика. Современная Россия — это кагебистская страна. Разница лишь в том, что ранее КГБ был вооруженной силой Компартии, а ныне ФСБ — правящая партия, которая руководит государством.

В тему: ФСБ будет работать в Украине легально?

Сейчас случаи «советской психиатрии» в чистом виде мы наблюдаем во Вьетнаме. Тамошние руководители отрасли прекрасно говорят по-русски, учились в Москве в школе академика Снежневского...

Отдельная интересная тема — Китай. Его общество разделено на множество слоев. Тот из них, который находится ближе к Министерству безопасности и полиции, психиатрией злоупотребляет и сейчас почти так же, как это делали в СССР, если не хуже. Такого диагноза, как «замедленная шизофрения», у них нет, зато есть «паранойя» разнообразных форм.

— Какова реакция Запада на применение практик репрессивной психиатрии в современных России и КНР?

— Никто не хочет инвестировать свои деньги, чтобы решить вопрос репрессивной психиатрии в Поднебесной, поскольку речь идет о большом экономического партнере. Россия — та же ситуация. Тамошняя оппозиция сегодня не может ждать такую ​​поддержку Запада, как это было в советское время. Сейчас господствуют четкий расчет и прагматизм. Поддержка советских диссидентов — это была часть политики, направленной против СССР.

В 1988 году Эдуард Шеварнадзе, отставной генерал МВД, решил, что надо покончить со злоупотреблениями психиатрией в Советском Союзе. Тогда американцы ему прямо сказали, что знают следущее: его государство хочет провести престижную конференцию по правам человека в Москве, однако, пока продолжаются психиатрические репрессии, этого не будет. И тогда на заседании политбюро он настоял на том, что нужно прекратить политические преследования диссидентов.

— В 1980 году вы были среди основателей международной организации по противодействию политическому использованию психиатрии, а 1986-го стали ее генеральным секретарем. Какое она имела влияние и какие средства использовала для поддержки загнанных в божевилень советских диссидентов?

— Наша Глобальная инициатива в психиатрии действительно появилась в начале 1980-х годов. Сначала это был комитет, в котором координировали акции против злоупотребления психиатрией в СССР. Главной целью тогда было организовать кампанию по исключению советских представителей из Всемирной организации психиатров. Это сделать удалось.

Шаг за шагом организация приобрела своих нынешние формы. После распада СССР мы решили переориентироваться на создание гуманной психиатрии сначала в бывших коммунистических странах Восточной Европы. Сейчас работаем в 36 странах мира.

В 1983 году удалось принять Гавайскую декларацию. После этого все нормальные психиатрические ассоциации имеют свои этические кодексы, которыми регламентировано, в частности, какие деньги можно брать от фармакологических фирм и т.д.. Возможно, что это не мы остановили злоупотребления психиатрией в СССР, но сама попытка сделать это гуманизировала современную психиатрию.

Беседовала Ганна Трегуб, опубликовано в издании «Український тиждень»

Перевод: «Аргумент»


В тему:



Читайте «Аргумент» в Facebook и Twitter

Если вы заметили ошибку, выделите ее мышкой и нажмите Ctrl+Enter.

Последние новости

20:01
В пятницу Правобережье омоют сильные дожди, на Левобережье - сухо и жарко (КАРТА)
19:40
Від автономного житла до кардіомоніторів: 15 стартапів презентують Україну на TechCrunch Disrupt (ВІДЕО)
19:21
Прокремлевская группа в ПАСЕ не получит финансирование и руководящие должности
19:21
В ЄС закликають українську владу надати фінансування Суспільному мовнику, згідно з законом
19:10
Реформування НКРЕКП заблоковано Порошенко, хоча під це Україна взяла у ЄС 600 млн євро - експерт
18:57
Трамп пообещел ввести «еще больше» санкций против КНДР
18:30
Парламент Молдови подолав вето президента Додона на 12 важливих законів, він мусить їх підписати
18:19
Манафорт допомагає курдам Іраку провести референдум, проти якого виступають США
17:57
Нардеп попередив про аферу з проштовхуванням президентом змін одночасно до 5-ти Кодексів
17:34
От разведки до охраны Порошенко: у Луценко рассказали, в каких ведомствах НАБУ «слушало» взяточников

Важно

Как эффективно контролировать местную власть

Алгоритм из 6 шагов поможет каждому контролировать любых чиновников.

Как эффективно контролировать местную власть